…Нет, нет, им, Горакам, ничего про родственника неизвестно, они не знают даже, что такое «парашютист».
Воржишек на бегу заметил, как по небу, падая, промелькнула звезда, и долго еще на небосклоне голубел ее след. Потом исчезла и полоска, и никто больше не видел ее, так же, как никто больше никогда не видел Гораков. Их, избитых и перепуганных насмерть, вооруженные солдаты загнали в машины.
Воржишек мчался прочь, томимый страхом и предчувствиями. Так добежал он до ближайшей деревни, где люди еще не знали, что случилось в Лидице. Над деревней стояла тишина, иногда лишь где-то, громыхнув цепью, взлаивала собака. Песик шмыгнул в подворотню одного из домов и, весь дрожа, свернулся калачиком на половичке под чужим порогом.
Так и нашли его утром люди и решили, что он приблудный, но кто-то из ребятишек признал песика, а потом и взрослые, услыхав про Лидице и Гораков, поняли, что между собакой и тем, что случилось, есть какая-то связь, и оставили пса у себя в деревне. Он никому не мешал, а деревенские собаки поглядывали на него с затаенным недоумением, словно чуяли: он знает что-то страшное…
Прошло несколько дней, и все жители деревни Лидиие разделили участь Гораков: вооруженные солдаты, взяв деревню в кольцо, женщин и детей увезли, а мужчин расстреляли у дома Гораков. Они перебили даже собак и кошек, чтобы стереть с лица земли все живое, лишь птицы смогли улететь, бросив насиженные гнезда. Над деревней, поднимаясь ввысь, клубился едкий дым пожарищ.
Воржишек лежал у порога чужого дома и дрожал всем телом, и люди поняли, что он знает все. Ведь уцелел лишь он один.
Впрочем, как не отдать должного «благородству» победителей? Истребив всю семью Гораков, они оставили в живых молодую. Молодая родила ребеночка, и они убили его, а женщину бросили в концлагерь.
Но Воржишек, неказистый, перепуганный песик, у которого теперь оба уха были тесно прижаты к голове, все ждал и ждал. Промелькнули дни, прошли недели, и мир содрогнулся от ужаса, узнав о судьбе Лидице.
А в чужой деревне жил пес Воржишек, жил тихо, не лаял и никогда больше не играл с детишками. Он держался теперь в стороне от людей, готовый тут же кинуться прочь, потому что боялся даже собственной тени.
Иногда, если ночь была потемней, а в воздухе носились ароматы теплой земли, он пролезал в подворотню и мчался туда, где сейчас лишь волнилась трава и тянулась вверх крапива. Обнюхивая камни, он все искал, искал тот дом, запахи которого навсегда врезались в его память.
И люди слышали его тихий и жалобный вой.
Снова пришла весна, и солдаты в униформе и кованых сапогах бежали прочь, уже гремели орудия тех, кто не давал им скрыться, а за горами рокотали танки, устремившиеся на помощь Праге.
И Воржишек снова кинулся туда, где когда-то стоял его дом. Но не добежал. Он упал и остался лежать в придорожной канаве, потому что, не выдержав, разорвалось его маленькое собачье сердце.
Испугался грохота последних залпов? Понял, что нет больше у него дома и никогда, никогда не вернутся те, кто раньше жил там?
Вместе с горсточкой женщин вернулась туда молодая, что когда-то ждала ребеночка. Она не нашла своего дома. А люди рассказали ей про Воржишека.
Так сохранилась память о лохматом неказистом песике, который пережил Липице, но не смог пережить боли и тоски по людям, которых любил.
Как собаки болеют и умирают
Принято говорить, что собаки «очеловечились» и теперь им живется до того хорошо, что просто завидки берут. Похоже, это ставится собакам в упрек, как будто, возмечтав урвать кое-какие блага, они по собственной собачьей инициативе стали такими. Уверяю вас, это вовсе не так, не так уж сильно «очеловечилась» собака, для этого она слишком умна, а блага и выгоды, приобретаемые таким путем, в достаточной мере спорны. Вместе с миской еды она получила еще и всякие болячки цивилизации, а тот факт, что против человеческих болезней к ее услугам человеческие лекарства и ветеринары — специалисты по собачьим болезням, — не такое уж большое утешение.
Известно, что собак — как и людей — мучит ревматизм, следовательно, они становятся раздражительными, собаки, как их хозяева, страдают конъюнктивитами (боюсь, не далеки времена, когда собака наденет очки), они подвержены насморку и кашлю, а также рахиту, у собак бывает врожденный вывих тазобедренных суставов и катар кишечника, воспаление легких, естественно, тоже, а также воспаление мочевого пузыря. Они болеют экземами, умирают от тифа и инфекционной желтухи. И — к вашему сведению — от инфаркта.
Вот почему, подытожив, мы можем констатировать: да, неплохие плоды принесло собаке общение с человеком! А тут еще древняя хворь всех зверей — печально известное бешенство.