Читаем Социология полностью

   4. Организация действия в рамках менового хозяйства предполагает апроприацию вещественных носителей полезных благ, с одной стороны, и свободу рынка — с другой. Роль рыночной свободы возрастает 1) с полнотой апроприации вещественных носителей возможной полезности, особенно средств производства и транспортировки, потому что максимум их рыночной ликвидности одновременно означает максимальное ориентирование хозяйства на состояние рынка, и 2) по мере ограничения апроприации только присвоением вещественных носителей благ. Любая апроприация людей (рабство, личная зависимость) или экономических возможностей (монополия на клиентуру) означает ограничение ориентированного на состояние рынка человеческого действия. И. Г. Фихте (в «Закрытом торговом государстве») справедливо считал применение понятия «собственность» только к вещам (при одновременном расширении его содержания на автономию права распоряжения) характеристикой современного порядка собственности, свойственного меновому хозяйству. В организации собственности, позволяющей свободную ориентацию на рыночные возможности дохода, заинтересованы все участники рынка, и движение именно к такому порядку собственности было поэтому преимущественно результатом их деятельности.

   5. Вообще-то весьма часто употребляемого понятия «общее хозяйство» мы здесь из соображений точности избегаем, ибо оно симулирует нормальность «общего интереса» или «чувства общности», которые в понятийном смысле излишни. Хозяйство помещика или царя (по типу фараонского в Новом царстве) принадлежит — в противоположность меновому хозяйству — к той же категории, что и семейное домохозяйство.

   6. С точки зрения понятия «меновое хозяйство», напротив, не важно, существуют ли капиталистические (т. е. ориентированные на капитальный расчет) хозяйства и в каком объеме. Особенно это касается нормального типа менового хозяйства — денежно-хозяйственного удовлетворения потребностей. Было бы неправильным считать, что число капиталистических хозяйств росло пропорционально развитию денежно-хозяйственного покрытия потребностей, т. е. всегда развивалось в том направлении, которое оно приняло на Западе. Верно как раз обратное. Рост объема денежной экономики мог:

      1) идти рука об руку с монополизацией возможностей, реализуемых с большой прибылью через княжеский ойкос, как в Египте во время Птолемеев, где при широко развитой (как явствует из дошедших до нас бухгалтерских книг) денежной экономике сохранились домохозяйственные расчеты и не развились капитальные,

      2) побудить к передаче фискальных возможностей в пребенду143 с результирующей традиционалистской стабилизацией экономики, как в Китае (что будет обсуждаться далее),

      3) направить вложение денежных ресурсов иначе, чем в сторону обмена на свободном рынке, т. е. не на возможности получения дохода путем производства благ (что и имело место практически во всех экономических регионах, кроме современного Запада, по причинам, которые будут объяснены далее).

§ 15. Типы хозяйственного разделения труда (общее)

Любой типичный для какой-то группы вид хозяйственно ориентированного социального действия и организации хозяйствования предполагает некий особый способ разделения и соединения человеческой деятельности в процессе производства. Если взглянуть на реальное хозяйственное действие, можно увидеть, как разного рода обязанности распределяются между разными людьми и в самых разных сочетаниях с вещественными средствами производства соединяются в совместном продукте. В бесконечном многообразии таких явлений можно все же выделить несколько типов.

Человеческие действия хозяйственного характера можно разделить на

   a) распорядительные и

   b) ориентированные на распоряжения, т. е. труд (в принятом здесь и используемом далее смысле этого слова).

Управленческий труд, разумеется, тоже и даже в максимально мыслимой степени есть труд, если это понятие подразумевает затрату времени и сил. Принятый нами смысл, по которому труд противопоставляется управленческой деятельности, является сегодня по социальным причинам общепринятым, почему и будет использоваться далее. В целом же, однако, речь пойдет именно о труде.

Способы разделения труда в человеческих группах могут быть классифицированы по типу его организации:

   1) технически, если действия участников процесса, их связь между собой и с вещественными средствами производства организованы в соответствии с техническим процессом производства,

   2) социально, т. е. в зависимости:

      A) от того, осуществляются ли отдельные усилия в рамках автокефального и автономного хозяйствования или гетерокефального и гетерономного, и от экономического характера этих хозяйств, а также (непосредственно в связи с предыдущим)

      B) от способа (и объема), каким (и в каком)

         a) трудовые усилия,

         b) вещественные средства производства,

Перейти на страницу:

Все книги серии Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии

Социология
Социология

Представляем читателю первое полное издание на русском языке классического сочинения Макса Вебера «Хозяйство и общество». Эта книга по праву была признана в 1997 году Международной социологической ассоциацией главной социологической книгой XX века. Поскольку история социологии как науки и есть, собственно, история социологии в XX веке, можно смело сказать, что это - главная социологическая книга вообще.Книга разделена на четыре тома: том I «Социология», том II «Общности», том III «Право», том IV «Господство».«Хозяйство и общество» учит методологии исследования, дает блестящие образцы социологического анализа и выводит на вершины культурно-исторического синтеза.Инициатором и идеологом проекта по изданию книги Макса Вебера на русском языке и редактором перевода выступил доктор философских наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Л.Г. Ионин.Книга представляет собой первый том четырехтомного издания эпохального труда Макса Вебера «Хозяйство и общество». Это первый полный перевод на русский язык. В томе I дана характеристика основных понятий понимающей социологии в целом, сформулированы принципы экономической социологии, дан краткий очерк социологии господства (в частности, харизматического и бюрократического типов господства) и намечены пути выработки новой для своего времени концепции социальной структуры и социальной стратификации. Фактически в этом томе сформулированы понятия, которые послужат читателю путеводной нитью для понимания важнейших проблем наук об обществе, рассматриваемых в последующих томах этого классического сочинения, которые сейчас готовятся к печати.Издание предназначено для социологов, политологов, историков, экономистов, вообще для специалистов широкого спектра социальных и гуманитарных наук, а также для круга читателей, интересующихся проблемами социального и культурного развития современности.

Макс Вебер

Обществознание, социология
Общности
Общности

Представляем читателю первое полное издание на русском языке классического сочинения Макса Вебера «Хозяйство и общество». Эта книга по праву была признана в 1997 году Международной социологической ассоциацией главной социологической книгой XX века. Поскольку история социологии как науки и есть, собственно, история социологии в XX веке, можно смело сказать, что это - главная социологическая книга вообще.«Хозяйство и общество» учит методологии исследования, дает блестящие образцы социологического анализа и выводит на вершины культурно-исторического синтеза.Инициатором и идеологом проекта по изданию книги Макса Вебера на русском языке и редактором перевода выступил доктор философских наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Л.Г. Ионин.Книга представляет собой второй том четырехтомного издания труда Макса Вебера «Хозяйство и общество». Это первый полный перевод знаменитого сочинения на русский язык. Главы, вошедшие в настоящий том, демонстрируют становление структур рациональности, регулирующих действие общностей на разных этапах исторического развития. Рассматриваются домашняя общность, ойкос, этнические и политические образования, в частности партии и государства. Особого внимания заслуживает огромная по объему глава, посвященная религиозным общностям, представляющая собой, по существу, сжатый очерк социологии религии Вебера.Издание предназначено для социологов, политологов, историков, экономистов, вообще для специалистов широкого спектра социальных и гуманитарных наук, а также для круга читателей, интересующихся проблемами социального и культурного развития современности.

Макс Вебер

Обществознание, социология

Похожие книги

Наши разногласия. К вопросу о роли личности в истории. Основные вопросы марксизма
Наши разногласия. К вопросу о роли личности в истории. Основные вопросы марксизма

В сборник трудов крупнейшего теоретика и первого распространителя марксизма в России Г.В. Плеханова вошла небольшая часть работ, позволяющая судить о динамике творческой мысли Георгия Валентиновича. Начав как оппонент народничества, он на протяжении всей своей жизни исследовал марксизм, стремясь перенести его концептуальные идеи на российскую почву. В.И. Ленин считал Г.В. Плеханова крупнейшим теоретиком марксизма, особенно ценя его заслуги по осознанию философии учения Маркса – Энгельса.В современных условиях идеи марксизма во многом переживают второе рождение, становясь тем инструментом, который позволяет объективно осознать происходящие мировые процессы.Издание представляет интерес для всех тек, кто изучает историю мировой общественной мысли, стремясь в интеллектуальных сокровищницах прошлого найти ответы на современные злободневные вопросы.

Георгий Валентинович Плеханов

Обществознание, социология
Мозг: прошлое и будущее. Что делает нас теми, кто мы есть
Мозг: прошлое и будущее. Что делает нас теми, кто мы есть

Wall Street Journal назвал эту книгу одной из пяти научных работ, обязательных к прочтению. Ученые, преподаватели, исследователи и читатели говорят о ней как о революционной, переворачивающей представления о мозге. В нашей культуре принято относиться к мозгу как к главному органу, который формирует нашу личность, отвечает за успехи и неудачи, за все, что мы делаем, и все, что с нами происходит. Мы приравниваем мозг к компьютеру, считая его «главным» в нашей жизни. Нейрофизиолог и биоинженер Алан Джасанов предлагает новый взгляд на роль мозга и рассказывает о том, какие именно факторы окружающей среды и процессы человеческого тела формируют личность и делают нас теми, кто мы есть.

Алан Джасанов

Обществознание, социология / Научно-популярная литература / Образование и наука
Реконизм. Как информационные технологии делают репутацию сильнее власти, а открытость — безопаснее приватности
Реконизм. Как информационные технологии делают репутацию сильнее власти, а открытость — безопаснее приватности

Эта книга — о влиянии информационных технологий на социальную эволюцию. В ней показано, как современные компьютеры и Интернет делают возможным переход к новой общественной формации, в основе которой будут лежать взаимная прозрачность, репутация и децентрализованные методы принятия решений. В книге рассмотрены проблемы, вызванные искажениями и ограничениями распространения информации в современном мире. Предложены способы решения этих проблем с помощью распределённых компьютерных систем. Приведены примеры того, как развитие технологий уменьшает асимметричность информации и влияет на общественные институты, экономику и культуру.

Илья Александрович Сименко , Илья Сименко , Роман Владимирович Петров , Роман Петров

Деловая литература / Культурология / Обществознание, социология / Политика / Философия / Интернет