Читаем "Спартак". ЦСКА. "Зенит". "Анжи". Кто умрет первым? полностью

То есть список того, что такое хорошо и что такое плохо, может разниться в зависимости от того, в Европе играется футбол или в России? Ну, к этому нам не привыкать. Но зачем нам нужно ввязываться в эти националистические игрища с символикой? Зачем вовлекать себя в эти вопросы, которые при любом раскладе всегда будут нести серьезный политический оттенок? К тому же Сергей Фурсенко, и без этого-то совершающий неуклюжие, просто медвежьи движения, на ровном-то месте спотыкается. А уж в такой непростой области… Один раз он про руны уже начал высказываться, когда после одного из матчей «Зенита» начал говорить, что ничего страшного в тех рунах не увидел… Хорошо хоть, на что-то другое по ходу отвлекся.

Но зачем он вновь и вновь возвращается к этой теме? Почему ему не стыдно произнести то, что вообще не лезет в самые элементарные рамки приличия, воспитания, культуры? Это же, в конце концов, не Шпрыгин какой-нибудь, а вроде как человек, поставленный быть первым человеком российского футбола, своего рода лицом нашего футбола и в стране, и в мире.

Он отказывается принимать список запрещенной символики, придуманный вовсе не какими-то экспертами или безымянными консультантами – он отказывает международной организации. Он не следует само собой разумеющимся указаниям, а точнее сказать даже – просьбам, рекомендациям УЕФА. То есть той самой организации, членом которой Российский футбольный союз является. Счастье Фурсенко, что в нашем аполитичном обществе подавляющему большинству ни до чего нет дела, а у профессиональных политиков в предвыборный год голова другими вещами занята. В любой другой стране человека, отказывающегося внести, к примеру, фашистскую свастику в список запрещенной на трибунах символики, самого бы назвали фашистом. Без вариантов.

И на сей раз он точно так же предпринял жалкую попытку позаигрывать с болельщиками:

– Мы не будем торопиться вносить все, что связано с такими вещами, которые сложно согласовать с болельщиками. Все-таки подобные нарушения единичны. Поэтому в данном случае разработанный нам документ, который оказался в широкой печати, был изменен после согласования с МВД. Мне кажется, этого будет достаточно для того, чтобы сделать еще один шаг для обеспечения порядка на стадионах.

И много слов после этого начал говорить наш славный футбольный руководитель про патриотизм:

– Болельщики сборной России в последнее время жаловались на то, что трансляции матчей национальной команды на Первом канале и «России-2» начинались уже после того, как прозвучал гимн страны, что задевает патриотические чувства. Возможен и абсолютно уместен разговор между Российским футбольным союзом и Первым каналом, а также каналом «Россия-2» о том, чтобы трансляции матчей сборной начинались с гимна страны.

Тут как-то забывает Сергей Александрович одну простую вещь: стоит на поле выложиться, сыграть через не могу одиннадцати нашим парням, обыграть кого-то из грандов, как мы сразу же возьмем российские флаги, выйдем на улицу и будем без всяческих предварительных договоренностей скандировать: «Рос-си-я! Рос-си-я!»

– Болельщики по всей стране должны слышать гимн, – говорит Фурсенко.

Ну кто ж поспорит. В конце концов, исполнение гимнов перед международными матчами – протокольное требование уже много десятилетий. Но точно так же болельщики не должны видеть каких-то непонятных плясок под звуки гимна Игоря Денисова. Да и сам факт исполнения гимна не должен ненужным образом дополняться политической окраской. Исполнение гимна перед матчами внутреннего чемпионата – факт, как показывает жизнь, весьма неоднозначный. Сколько раз российский гимн освистывался болельщиками кавказских команд? Я не хочу сказать, что этого достаточно, чтобы от гимна перед матчами отказаться. Но тогда стоит, наверное, как-то реагировать на эти бесчинства? Потому что прятать голову в песок – алгоритм самый бесперспективный.

0:24

СОМНИТЕЛЬНЫЙ КРЕАТИВ

История с баннерами, которые разворачиваются перед ключевыми матчами, довольно давняя. Не всегда она состоит сплошь из удач. По признанию Александра Шпрыгина, весьма сомнительного персонажа, возглавляющего самозванцев, именующих себя «Всероссийское объединение болельщиков», именно с позорного баннера, который был вывешен в 2009 году на матче Россия – Германия, начался закат этой «организации»:

– С того баннера у нас и начались проблемы. Идея не всем понравилась. В том числе правительственной ложе.

Эх, если бы там была хоть какая-то «идея». А на деле молодые дурачки изобразили волгоградский памятник «Родина-мать». Речь даже не о том, что вспоминать в официальном матче с Германией о военных конфликтах первой половины прошлого века – дурной тон. Это выглядело нелепо и провокативно. Хорошо, что международный скандал не разгорелся после такого специфического акта гостеприимства.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
10 мифов о России
10 мифов о России

Сто лет назад была на белом свете такая страна, Российская империя. Страна, о которой мы знаем очень мало, а то, что знаем, — по большей части неверно. Долгие годы подлинная история России намеренно искажалась и очернялась. Нам рассказывали мифы о «страшном третьем отделении» и «огромной неповоротливой бюрократии», о «забитом русском мужике», который каким-то образом умудрялся «кормить Европу», не отрываясь от «беспробудного русского пьянства», о «вековом русском рабстве», «русском воровстве» и «русской лени», о страшной «тюрьме народов», в которой если и было что-то хорошее, то исключительно «вопреки»...Лучшее оружие против мифов — правда. И в этой книге читатель найдет правду о великой стране своих предков — Российской империи.

Александр Азизович Музафаров

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное