Одним из наиболее известных крупных научно-технических проектов, осуществленных в послевоенном СССР, был, конечно, «Урановый проект», связанный с созданием ядерной бомбы. СССР планировал серьезные работы в области изучения цепной реакции урана и создания урановой промышленности еще до войны. В 1940 году был составлен план работ на 1941 год, который предусматривал проведение необходимых научно-исследовательских и конструкторских работ, разведку и начало добычи урана. А. Е. Ферсман считал, что в 1942–1943 годах возможна добыча 10 тонн урана в год[170]
. 31 декабря 1940 года «Известия» напечатали статью об энергетических перспективах атомной энергии. Выполнение этого плана было сорвано войной.Во время войны все работы в этой области приняли военный характер. Несмотря на крайне тяжелое положение на фронте, на прорыв немцев к Волге, 27 июля 1942 года ГКО принял постановление о начала добычи урана в Таджикистане, на Табошарском руднике, в размере 4 тонны урановых солей в год. Месторождения урана в Средней Азии были открыты еще в годы первой и второй пятилеток.
Ядерная бомбардировка японских городов придала урановому проекту в СССР высшую степень важности. Было очевидно, что американцы, получив в руки столь мощное оружие, несомненно, попробуют его использовать против СССР либо в виде «ядерного шантажа», либо в качестве оружия нападения. Сейчас мы знаем, что американское политическое руководство и военное командование выступали за второй вариант и разработали несколько планов ядерной бомбардировки СССР.
В то время ядерное оружие еще не стало всеобщей страшилкой и угрозой мирового Апокалипсиса, а рассматривалось как спецбоеприпас, вроде знаменитой британской авиабомбы Tallboy, крушившей бетонные укрытия для немецких подводных лодок, подземные заводы и другие подобные объекты. Ядерная бомбардировка японских городов вовсе не выглядела чем-то исключительным на фоне 66 городов, сожженных американскими налетами, и жертвы в Нагасаки уступали по численности жертвам ночной бомбардировки Токио 10 марта 1945 года, когда в огненном смерче погибло около 100 тыс. человек. Однако если для Токио потребовалось 334 бомбардировщика В-29, то с Хиросимой справился только один. Применение ядерных авиабомб вело к сокращению на несколько порядков количества необходимых самолето-вылетов для уничтожения военных и промышленных объектов и открывало возможность сделать то, что предсказывал итальянский генерал Джулио Дуэ, – нанесение масштабного и опустошительного воздушного удара. 200–300 бомбардировщиков с ядерными бомбами могли за один вылет нанести колоссальный ущерб военной, транспортной и промышленной инфраструктуре. Это, конечно, изменило бы ход любой войны.
Однако для Советского Союза ядерная бомба несла угрозу не только и не столько военно-промышленным предприятиям. Они были рассредоточены на огромной территории, вдалеке от границ, в результате эвакуации и последующего восстановления появились многочисленные заводы-дублеры в восточной части СССР. Да и после военных разрушений напугать советское руководство ядерной бомбардировкой было нельзя. У Сталина имелась своя оценка новой угрозы, на основе которой он и построил всю работу по созданию новых видов боевой техники и вооружения.
Сталин сыграл совершенно исключительную роль в военно-хозяйственном развитии Советского Сою-за как до войны, так во время войны и после. Выше мы уже говорили о том, что план индустриализации был построен на прогнозе неизбежности новой мировой войны, и Сталин принимал самое непосредственное участие в составлении планов индустриализации и их осуществлении. В военное время Сталин, как председатель ГКО, руководил всеми военными и военно-хозяйственными делами. Но руководил не в том смысле, что председательствовал на заседаниях, заслушивал доклады и принимал отчеты. Он ставил задачи и определял приоритеты. Например, в производстве танков, самолетов, орудий Сталин лично ставил задачи перед наркомами соответствующих военно-хозяйственных наркоматов, требовал увеличения выпуска и улучшения качества производимой боевой техники и вооружения.
Во время войны у Сталина, как у Верховного главнокомандующего и председателя ГКО, была главная задача – обеспечить численное и качественное превосходство Красной Армии над немецкой армией. С этой точки зрения его участие в планировании и осуществлении чисто военных операций было делом второстепенным. ГКО с 1 июля 1941 года по 4 сентября 1945 года принял 9971 постановление, среди которых примерно 2/3 были посвящены военно-хозяйственным вопросам: мобилизации промышленности, решению отдельных задач, разработке и принятию на вооружение новых видов вооружения и боевой техники, назначению руководящих кадров и так далее. Задания детально конкретизировались в приложениях к постановлениям ГКО. Все эти решения имели силу законов военного времени и подлежали безусловному исполнению.