При этом ГКО вовсе не был бюрократическим учреждением. Решения могли оформляться от имени ГКО или любого другого правительственного учреждения, военные и хозяйственные руководители могли сами обратиться в ГКО, если ситуация того требовала. Все процедуры согласования были упрощены до предела, и часто это осуществлялось прямо на совещаниях. В этой методике работы были, конечно, свои недостатки, поскольку иногда принимались взаимо-исключающие решения, а из-за трудности контроля за выполнением решений и огромного вала работы некоторые решения оставались невыполненными. Однако оперативность работы этого высшего органа перекрывала все эти недостатки. Государственный Комитет Обороны стал прямым развитием идеи, выработанной еще во время Гражданской войны, когда в 1918 году В. И. Ленин создал Совет труда и обороны (в состав которого входил Сталин), ставший главным органом власти и решавший все вопросы.
Сталин имел концептуальное представление о войне и руководил всей военно-хозяйственной работой, исходя именно из этого. Хотя вряд ли сохранились документальные подтверждения существования этого концептуального видения, тем не менее по ряду решений можно достаточно уверенно реконструировать, что он думал по тому или иному поводу. Например, решения по развитию артиллерии, минометов и танков ясно указывают, что Сталин отводил для артиллерии решающую роль в войне, роль главного средства огневого воздействия на противника. Потому он требовал от хозяйственных руководителей любыми средствами увеличивать выпуск танков и артиллерийских систем. Потому вес залпа советской стрелковой дивизии поднялся с 547,8 кг в 1941 году до 2040,4 кг в 1945 году.
Решение о создании ядерного оружия, ракетного вооружения и системы ПВО также было продиктовано подобными же концептуальными представлениями Сталина. Судя по набору решений, принятых в этой области, Сталин руководствовался следующими положениями.
Во-первых, американское ядерное оружие вряд ли представляло собой существенную угрозу для военной промышленности главным образом в силу того, что сразу после войны основные военно-промышленные мощности в СССР были сосредоточены в восточных районах, до которых трудно добраться даже стратегическим бомбардировщикам, а промышленность Украины разрушена и полностью не восстановлена, так что ее уничтожение ядерными ударами ненамного сократит военно-промышленный потенциал СССР. Но при этом остается возможность нанесения сосредоточенного ядерного удара по Москве, которая и столица, и место размещения руководящих органов, и крупнейший в стране узел связи, и крупнейший в стране железнодорожный узел, и сосредоточение военно-промышленного и научно-технического потенциала. Уничтожение Москвы может создать условия для поражения в войне.
Во-вторых, отсюда задача – создание надежной системы ПВО Москвы, гарантирующей уничтожение американских бомбардировщиков всех до одного. Прорыв их к столице в новых условиях совершенно недопустим. Как этого добиться? Для этого нужна мощная радиолокационная система, новейшие зенитные ракеты и реактивные истребители-перехватчики.
В-третьих, нужно иметь возможность дать сдачи. Для этого нужна собственная ядерная бомба и необходимо средство доставки. В силу того, что у СССР не было стратегических бомбардировщиков достаточной дальности действия, чтобы нанести удар по территории США (хотя оперативно был скопирован интернированный во время войны В-29, ставший Ту-4), не было авиабаз, с которых можно было нанести такой удар, а также не было морского флота, достаточного, чтобы захватить такие заморские базы, как нет и возможности его быстро построить, требовалось какое-то другое решение. Им стали баллистические ракеты.
Частично эти решения стали формироваться еще во время войны. Так, постановление ГКО о начале добычи урана вышло 27 июля 1942 года, во время битвы за Кавказ и немецкого прорыва к Волге, вскоре после падения Севастополя, когда, казалось бы, судьба страны поставлена на карту. Это решение показывает, что Сталин уже тогда думал о том, что хорошо было бы обзавестись новым оружием большой мощности. Далее, Совет по радиолокации при ГКО был создан 4 июля 1943 года, буквально за несколько часов до начала немецкого наступления на Курской дуге. Третий элемент – ракеты добавился уже после войны, когда были собраны трофеи, относящиеся к немецкой ракетной технике. Немецкие прототипы баллистических и зенитных ракет позволили Сталину завершить свой новый концептуальный замысел, в общих чертах очерченный выше.