Читаем Сталинская эпоха. Экономика, репрессии, индустриализация. 1924–1954 полностью

Сталинская эпоха. Экономика, репрессии, индустриализация. 1924–1954

Книга Виктора Земскова рассказывает о малоизвестных явлениях сталинской эпохи, наиболее часто фальсифицируемых в современной историографии. Автор подробно рассматривает вопросы коллективизации и борьбу с кулаками, различные аспекты репрессий, состояние советского общества накануне Великой Отечественной войны, трагедию немецкого плена и репатриацию советских граждан по окончании войны, разоблачает различные мифы и фальшивки. Книга рассчитана на самый широкий круг читателей.

Виктор Николаевич Земсков

История18+

Виктор Земсков

СТАЛИНСКАЯ ЭПОХА

ЭКОНОМИКА, РЕПРЕССИИ, ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ

1924–1954

Глава первая

ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ И ИНТЕРПРЕТАЦИИ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И СОЗДАНИЯ КОЛХОЗНО-СОВХОЗНОЙ СИСТЕМЫ В СССР

Минуло уже более восьми десятилетий с тех пор, как в 1930 г. началась сплошная коллективизация крестьянских хозяйств – и как бы к этому сейчас ни относиться, она коренным образом изменила пути развития и уклад жизни деревни, стала важной судьбоносной вехой в истории нашей страны.

Вопросов вокруг проблемы коллективизации и образования колхозносовхозной системы существует много. Что это такое? То ли это историческая ошибка? Или, наоборот, это нечто закономерное, прогрессивное? Или, может быть, это причудливый синтез того и другого? И масса других вопросов.

Изучение этой проблемы необходимо также и в контексте перспектив развития современного сельского хозяйства. Хотя в обозримом будущем фермерские хозяйства и будут развиваться, но не думаем, что они будут доминировать. А доминировать будут, представляется, акционерные сельскохозяйственные предприятия, как правило, на базе бывших колхозов и совхозов. Подчеркиваем: на базе бывших колхозов и совхозов. То, что было заложено в 1930 г. и о чем повествуется в «Поднятой целине» М. А. Шолохова, оказалось таким наследием, от которого сегодня невозможно избавиться, если даже кому-то это очень захотелось бы. Реально это наследие можно как-то трансформировать, придавать ему иное качественное содержание.

Все это обусловливает повышенную актуальность проблемы коллективизации и ее последствий в судьбах нашего народа.

Проблема коллективизации довольно интенсивно разрабатывалась в советский период, особенно в 1960-е – 1970-е гг. Надо сказать, что эта тема относилась к числу наиболее политизированных и идеологизированных. Существовал целый набор идеологических штампов, клише, шаблонов, стереотипов, которым авторы должны были следовать неукоснительно. Малейшее отклонение от них было чревато обвинениями в оппортунизме, ревизионизме, отходе от линии партии и т. п., а это по тем временам были страшные обвинения. Это касалось всего комплекса вопросов, связанных с коллективизацией и образованием колхозно-совхозной системы.

Допустить смысловую корректировку в идеологических и политических постулатах было для авторов чрезвычайно рискованно и чревато неприятными последствиями. Например, если речь шла о перегибах, то надо было писать: борьба партии против перегибов и искривлений в колхозном строительстве – и ни в коем случае нельзя было написать: перегибы и искривления, допущенные партией. Это могло означать конец научной карьеры – такого не простили бы. Поэтому авторам надо было тщательно следить за формулировками, чтобы не допустить какой-либо идеологической погрешности. Таковы были издержки профессии историка в те времена.

При оценке советской литературы все это, конечно, надо иметь в виду, но, абстрагируясь от чрезмерной политизированности и идеологизированное™, следует признать ее весомый вклад в разработку проблем коллективизации, развития колхозного строя и т. д.

Сказывалась в советское время и ограниченность Источниковой базы. В архивах выдавались далеко не все документы, а только те, которые не имели грифа «секретно» или «совершенно секретно». Выпадал целый пласт исторических источников партийных и государственных органов и целиком были недоступны документы органов ОГПУ–НКВД. При такой ограниченности Источниковой базы трудно было вести разговор о достаточно полной и разносторонней научной разработке этой проблемы и ее различных аспектов.

Апологетическому характеру исследований по коллективизации и колхозно-совхозному строительству способствовал и характер доступных источников. Ведь засекречены были документы, в которых все это выглядело в неприглядном виде, а в доступных, наоборот, как правило, в радужных тонах. Вольно или невольно это накладывало соответствующий отпечаток на содержание и тональность исследований по этой теме.

Коллективизация и колхозное строительство и даже раскулачивание с выселением людей выглядели в каком-то приглаженном виде. Получалось, что крестьянство не пережило никакой трагедии, а, наоборот, без особых издержек вступило в новую, счастливую жизнь, которая олицетворялась с колхозами. По нашему мнению, из всего комплекса выходившей в советской время научной, популярной, мемуарной, художественной литературы именно в романе М. А. Шолохова «Поднятая целина» нарисована наиболее объективная картина коллективизации.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сталиниана

Сталин
Сталин

Эта книга — одно из самых ярких и необычных явлений необозримой «сталинианы». Впервые изданная в 1931 г. в Берлине, она ни разу не переиздавалась. О ее авторе нам известно очень мало: Сергей Васильевич Дмитриевский, в прошлом эсер, затем большевик, советский дипломат, в 1930 г. оставшийся на Западе. Его перу принадлежат также книги «Судьба России» (Берлин, 1930) и «Советские портреты» (Стокгольм, 1932). В эмиграции он стал активным участником «национал-революционных» организаций. После 1940 г. его следы теряются. Существует предположение, что Дмитриевский был тайным советским агентом. Так или иначе, но он обладал несомненным литературным даром и острым политическим умом.Сталин, по Дмитриевскому, выразитель идеи «национал-коммунизма», подготавливающий почву для рождения новой Российской империи.

Сергей Васильевич Дмитриевский

История / Образование и наука
Заговоры и борьба за власть. От Ленина до Хрущева
Заговоры и борьба за власть. От Ленина до Хрущева

Главное внимание в книге Р. Баландина и С. Миронова уделено внутрипартийным конфликтам, борьбе за власть, заговорам против Сталина и его сторонников. Авторы убеждены, что выводы о существовании контрреволюционного подполья, опасности новой гражданской войны или государственного переворота не являются преувеличением. Со времен Хрущева немалая часть секретных материалов была уничтожена, «подчищена» или до сих пор остается недоступной для открытой печати. Cкрываются в наше время факты, свидетельствующие в пользу СССР и его вождя. Все зачастую сомнительные сведения, способные опорочить имя и деяния Сталина, были обнародованы. Между тем сталинские репрессии были направлены не против народа, а против определенных социальных групп, преимущественно против руководящих работников. А масштабы политических репрессий были далеко не столь велики, как преподносит антисоветская пропаганда зарубежных идеологических центров и номенклатурных перерожденцев.

Рудольф Константинович Баландин , Сергей Сергеевич Миронов

Документальная литература
Иосиф Грозный
Иосиф Грозный

«Он принял разоренную Россию с сохой, а оставил ее великой державой, оснащенной атомной бомбой», — это сказал о Сталине отнюдь не его друг — Уинстон Черчилль.Мерить фигуру Сталина обычным аршином нельзя. Время Лениных — Сталиных прошло. Но надо помнить о нем любителям революций.Один из моих оппонентов-недоброжелателей заметил мне как-то: «Да что ты знаешь о Сталине!» Могу ответить не только ему: знаю больше, чем Алексей Толстой, когда взялся писать роман о Петре. Автор книги Сталина видел воочию, слышал его выступления, смотрел кинохроники, бывал в тех местах, где он жил (кроме Тегерана), и, наконец, еще октябренком собирал «досье» на Сталина, складывая в папки вырезки из газет, журналов и переписывая, что было возможно. Сбор этого «досье», начатого примерно с 36-го года, продолжается и сейчас.Николай Никонов уделяет большое внимание личной жизни вождя, в частности, предлагает свою версию его долгой любовной связи с некоей Валечкой Истриной…

Николай Григорьевич Никонов

История / Образование и наука

Похожие книги

1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
1939: последние недели мира.
1939: последние недели мира.

Отстоять мир – нет более важной задачи в международном плане для нашей партии, нашего народа, да и для всего человечества, отметил Л.И. Брежнев на XXVI съезде КПСС. Огромное значение для мобилизации прогрессивных сил на борьбу за упрочение мира и избавление народов от угрозы ядерной катастрофы имеет изучение причин возникновения второй мировой войны. Она подготовлялась империалистами всех стран и была развязана фашистской Германией.Известный ученый-международник, доктор исторических наук И. Овсяный на основе в прошлом совершенно секретных документов империалистических правительств и их разведок, обширной мемуарной литературы рассказывает в художественно-документальных очерках о сложных политических интригах буржуазной дипломатии в последние недели мира, которые во многом способствовали развязыванию второй мировой войны.

Игорь Дмитриевич Овсяный

История / Политика / Образование и наука
Афганская война. Боевые операции
Афганская война. Боевые операции

В последних числах декабря 1979 г. ограниченный контингент Вооруженных Сил СССР вступил на территорию Афганистана «…в целях оказания интернациональной помощи дружественному афганскому народу, а также создания благоприятных условий для воспрещения возможных афганских акций со стороны сопредельных государств». Эта преследовавшая довольно смутные цели и спланированная на непродолжительное время военная акция на практике для советского народа вылилась в кровопролитную войну, которая продолжалась девять лет один месяц и восемнадцать дней, забрала жизни и здоровье около 55 тыс. советских людей, но так и не принесла благословившим ее правителям желанной победы.

Валентин Александрович Рунов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное