С нами за столом находился вор по кличке Лысый, и как-то так получилось, что мы с ним разговорились. В конце ужина он пообещал свести нас с одним купчиной из дромов. Не то чтобы мы так уж горели желанием увидеть бывшего земляка. Но мало ли, вдруг этот купец знал наших родителей? Ведь сами мы только имена помним. Жаль, прервали нас и разговора не получилось, интересный человек этот Лысый. Ну ничего. Может, ещё встретимся с ним.
Тем временем наёмники и пираты вооружались. У каждого бойца если не доспех или кольчуга, так хоть какие-то элементы защиты имелись, щит или шлем, на худой конец – толстая войлочная куртка или плотная шубейка с меховой шапкой. За полчаса здоровенные жизнерадостные мужики, весело попивающие пивко и знаменитые взвары толстушки Марты, превратились в дисциплинированный отряд из восьми десятков обвешанных оружием головорезов и под командованием своих авторитетов направились вниз по улице к морю, на противоположный конец Старой гавани.
Таверна «Отличный улов» опустела, и остались в ней только пять молодых девчат во главе с Мартой, готовившиеся к приёму раненых, вышибала Гонзо, засевший в центре зала с двумя хорошими арбалетами, Ну и мы, отправившиеся со своими стрелковыми механизмами, которые трудно назвать арбалетами, на второй этаж.
Мы расположились в угловых комнатах и через открытые двери могли перекликаться друг с другом. Нам помогли, теперь наш черёд ответить услугой за услугу. Правда, напасть на таверну вряд ли кто-то решится, и бойцы Бро рядом с ним. Однако всё возможно, расслабляться нельзя.
Неказистый, но достаточно надёжный и пристрелянный арбалет лежал на подоконнике. А я разместился на табуретке, сидел в полной темноте. Осматривал освещаемую луной улицу и чувствовал себя пусть не воином, который защищает свой дом, но что-то очень близкое к этому в душе было.
Прошло два часа. Ничего не происходило. Время от времени я окликал друзей и продолжал наблюдать за окрестностями. Казалось, что вся Старая гавань замерла, в ожидании чего-то затаилась. Ни звука, ни шороха, ни теней.
Хлоп! Я только на миг прикрыл тяжелеющие веки и тут же встряхнулся. Где-то возле самого моря вспыхнули сполохи огня. Взметнулись к тёмному небу длинные языки пламени, и мне показалось, что я даже расслышал звон металла о металл, яростные крики и стоны умирающих людей. Нет. Конечно же мне это только показалось. Харчевня «Щедрый Бро» загорелась – это да, есть такое. А вот крики я слышать не мог, далековато.
Фьюить! – где-то совсем рядом, в полной тишине кто-то громко свистнул.
Курбат и Звенислав это тоже услышали. Перебежали к окнам с моей стороны и напряглись. Слышно, как они заёрзали на своих постах, и мы, насторожившись, взяли уже взведённые арбалеты на изготовку, как наставлял Гонзо. Вдоль улицы мелькнула тень, за ней другая. И вот уже полтора десятка человек бегут к таверне. Папаша Бро всё-таки решил нанести превентивный удар. А может, это чья-то самодеятельность, и шакалы решили поживиться, пока хозяина дома нет?
«Давайте, – промелькнула у меня мысль, – нам есть чем вас встретить».
Щёлк! Щёлк! Щёлк! – наши арбалеты ударили вразнобой.
Промазать было трудно, с восьми – десяти метров не промахнешься. Тем более на входе нападавшие скучились в толпу. Две тени с криком упали на мостовую, и ещё одна, громко выругавшись, откатилась в сторону. На ощупь, освещаемые лишь луной и далёким отсветом набирающего силу пожара, мы перезарядили корявые пародии на арбалеты и, не видя внизу целей для стрельбы, помчались в общий зал.
Нападавшие уже здесь. Их восемь человек, и это не парни папаши Бро. Скорее, они похожи на залётных ночных ухорезов из Гратры. Только у них и степняков принято носить в ушах тяжёлые серьги – символ почёта и показатель авторитетности. Рыцари ножа и топора. Шакалы, как есть шакалы приблудные. Пять пришлых окружили со всех сторон Гонзо, зажали его в угол. А ещё трое орудовали за стойкой, пытаясь выломать дверь на кухню и достать спрятавшихся там девчонок и Марту. Видимо, они надеялись, что ключница знает, где Кривой Руг прячет своё золото.
Осматриваться некогда. Но я заметил, что у входа валялись три тела и весь пол густо заляпан кровавыми отпечатками сапог. Гонзо молодец, проредил врагов.
Щёлк! – над моим ухом пронеслась чёрная короткая стрела, и один из атакующих Гонзо ухорезов с силой влип в стенку. Ещё один готов. Пора и мне в бой вступить. Поэтому я крепко прижал к плечу арбалет, надавил на спуск, и мой болт ударил ещё одного противника. А следом Звенислав выстрелил. Однако он промазал, его стрела, только слегка ранив бандита, унеслась к выходу.
Нападавшие были так увлечены дракой, что сначала даже не заметили нас. А может, причина иная. Лестница в полумраке, а в зале от света масляных светильников светло словно днём. Сразу и не понять, откуда смерть прилетела.