Революционные события в Стерлитамаке
Русская революция пришла в Стерлитамак из центра. Было это так:
С момента рокового вступления России в 1-ю мiровую войну, Стерлитамак, вместе со всей империей, начал болезненный поворот в своей исторической судьбе.
Изменить жизнь страны возможно только после катастрофического кризиса, случившегося по объективным причинам или искусственно созданного. В разгар кризиса действия населения конкретно взятой страны зависят от того, какие идеи были до этого внедрены в данное общество. Именно тогда то, что казалось политически невозможным, становится политически неизбежным. Большевики поняли это лучше всех остальных партий, поэтому они победили.
Долгожданный кризис возник в результате 1-й мiровой войны, которая была ничем иным как повальным безумием.
Вскоре после начала войны, в Стерлитамаке появились раненые, искалеченные солдаты и матросы, военнопленные немцы и австро-венгерцы, агитаторы политических партий. Началось всеобщее брожение. Активно действовали агенты иностранных государств.
В Уфимскую губернию к 1916 году прибыло около 60 тысяч беженцев с Украины и из Прибалтики. Для работы на предприятиях использовали труд военнопленных (турецких, австро-венгерских, немецких солдат, всего около 17 тысяч военнопленных), интернированных жителей Австро-Венгрии и Германии, завезённых китайских и корейских рабочих, женщин, подростков. После падения самодержавия в феврале 1917-го и разложения русской императорской армии, город наводнили демобилизованные солдаты и матросы, а также откровенные дезертиры. Всё это усиливало накал политических страстей в Башкирии и в Стерлитамаке, в частности.
После Февральской революции 1917-го, русский солдат А. А. Николаев стал лидером Стерлитамакского городского Совета солдатских и рабочих депутатов. К сожалению, вскоре он погиб от рук правых эсеров. Произошло это 30 марта 1918 года, в Самаре. Августа Ивлева была командирована на его похороны.
Период от февраля до октября 1917 года в Стерлитамаке был довольно сумбурным. Многочисленные политические партии и лидеры «тянули одеяло на себя», в городе участились грабежи и насилие. Процветало самогоноварение и безобразное пьянство. Богатые казённые и купеческие склады были разграблены. Временное правительство оказалось не в состоянии поддерживать элементарный порядок в столице и на местах.
Для укрепления большевистской фракции, в мае 1917 года, в Стерлитамак переехал с семьей из Петрограда рабочий Путиловского завода Павел Петрович Шепелюк (1870–1918+). Он был харизматической личностью и обладал колоссальным авторитетом. Павел Петрович устроился механиком на лесозавод. Всегда был окружён народом и не только рабочими. Его пышная, живописная шевелюра, борода клинышком и горящие молодые глаза выделяли его в любой толпе. Вскоре ему удалось создать при Совете небольшую большевистскую организацию и объединить сочувствующих ей: В. С. Андреев, А. А. Ивлев, И. А. Башкатов, И. И. Красногорский, И. С. Мельников, А. А. Саурцев, В. Красильников, Ф. Уткин, Я. О. Шабанов, Ф. Чугунов, Н. Казин и др. Они распространяли газеты "Правда", "Социал-демократ", "Вперед!" и другие большевистские и социал-демократические издания, выступали на собраниях и митингах.
В эти дни наиболее активные горожане собирались на открытые собрания в Народный дом, на ул. Соборной (ныне Садовая), где выступал Шепелюк. Каждое выступление заканчивалось чтением стихов Некрасова. Поэзия Некрасова имела особенно сильное влияние на революционно настроенную интеллигенцию и молодёжь.
После событий октября 1917 года, в Стерлитамаке был создан Революционный комитет, который от имени Совета до июля 1918 года был исполнительным органом власти в городе и уезде.
***
Возглавил стерлитамакский ревком П. П. Шепелюк.
В качестве члена ревкома, в звании народного комиссара, А. А. Ивлев отвечал за социальное обеспечение, то есть снабжал самым необходимым солдаток, вдовиц, стариков, сирых и убогих. Очевидно, что мой прадед был человеком честным, поскольку ему доверяли в единоличное распоряжение огромные суммы денег, драгоценностей и самых ходовых товаров. Кстати, после его гибели в сентябре 1918-го, в его доме не оказалось ничего ценного. Наследства от него осталось немного: столярные инструменты, книги и вилки с деревянными ручками его работы.