Читаем Стихи и рассказы полностью

Она прекрасна. Вот только один пустячок: если бы её грудь была такой же выпуклой, как глаза, а глаза такие же синие, как вены, вены такие же редкие и незаметные как зубы, а зубы белее губ, губы же такие пухлые, как и пальцы, а пальцы такие же тонкие и длинные, как и нос, нос рос бы перпендикулярно ушам, а уши были бы меньше головы, голова умнее попы, попа шире талии, ну а талия уже груди, то она была бы самой красивой девушкой на земле.

6 мая 2003 года

"Еritis sicut dei, sceientes bonum et malum..."

("Будете как боги, ведающие добро и зло...")

Посвящается А. Беляеву "Послушай, Джордж, ну не хочу я беседовать с этим учёным придурком! Может лучше отправишь меня на конференцию психологов - говорят там будет чудный банкет, да и ...Чёрт!!!" - последнее относилось к капельке кипящего масла, брызнувшего со сковороды на правую щёку Майкла. Майкл Бронски, перспективный, "продающий надежды" молодой журналист престижного научного журнала безуспешно пытался приготовить завтрак. Настроение у него было отвратительное: вчера он допоздна делал репортаж с ликероводочного завода, "устал", а в семь утра его поднял с постели звонок старого друга и одновременно начальника отдела новостей Джорджа Фриворда предлагающего очередное скучное задание. Конечно, как друга, его можно было и послать, но Майкл знал, что это бесполезно - не зря Джорджа в отделе называли "Липучкой". "Извини, старина - оправдывался тот - редактор мне ясно сказал: "Пошли туда Майкла - пусть поработает, а то он уже совсем писать разучился, алкоголик". Не стоило тебе вчера приходить в таком состоянии в редакцию". "Кто же знал, что этот старый балбес вздумает со мной поболтать!" - ругнулся про себя Майкл и кинул трубку. Остатки яичницы весело дымили со сковородки. Неделя явно шла под откос: в понедельник повестка в суд по поводу алиментов бывшей жене - стерве, ушедшей к богатому адвокатишке, во вторник твердолобый полисмен отобрал у него права за вождение в нетрезвом виде, вчера - ссора с главным редактором, а теперь ещё и это. Ему предстояло взять интервью у известного своей занудливостью астронома Абрахама Маслоу, совершившего очередное "открытие века". Без прав журналист ехать не решился, поэтому добрался до места назначения на метро, показал дремавшему охраннику удостоверение журналиста и поднялся на третий этаж в личную обсерваторию Маслоу. Улыбчивый и болтливый старикашка в белом халате ему сразу не понравился, особенно после того как наступил ему на ногу во время приветствия. Когда же, после пятнадцатиминутных хвалебных од в свой адрес, астроном начал описывать "гениальное" открытие у Майкла внезапно возник дикий приступ зевоты. "Таким образом мы приходим к выводу, что наша галактика заключена в некую сферу, вне которой простирается совсем другой мир, со своими физическими и химическими законами! Вы представляете себе?! Анализируя результаты опытов и измерений становится также ясно, что через всё пространство сферы примерно раз в 500 лет проходит поток излучения регистрирующего всё на своём пути. Это что - то вроде фотографирования, но на сверхвысоком уровне. Обобщив все полученные мной данные я заявляю: Бог есть и этот Бог- учёный!". "Что за бред?" - с тоской думал Бронски уныло следя за счётчиком ленты в диктофоне. Домой ему удалось добраться только к вечеру, поскольку доктору вздумалось показать ему все сводки и фотографии, касающиеся открытия. Уютно устроившись в глубоком кресле с бутылкой вина Майкл уже начал писал статью, недобрым словом поминая Фриворда, Маслоу, главного редактора и их ближайших родственников, как вдруг зазвонил телефон. На поцарапанном дисплее горел номер Джорджа. Бронски отпил большой глоток вина прямо из горлышка, глубоко вздохнул, и снял трубку. "Алло, Майкл, это ты? Тебе срочное задание от шефа. Завтра ровно в 19.00 в главном зале Верховного совета состоится экстренная пресс - конференция. Выступает доктор Хитроу - тот микробиолог с которым ты беседовал месяц назад." Угрюмый немногословный очкарик с обширной лысиной настолько чётко возник в сознании Бронски, что у него в желудке начались спазмы. Фриворд вдохновенно продолжал: "Тема конференции - "Сотворение Микромира". Понимаешь, оказывается теперь возможно создать, в построенном им аппарате - сфере, миниатюрное подобие нашей галактики в которой будут действовать все физические и химические законы, но на микронном уровне. Самое интересное, что некоторые планеты даже можно будет населить живыми существами в тысячи раз меньше кварка, и следить за ними! Теперь он просит у конгресса деньги на его создание и я уверен, что он их получит. Это не просто открытие века это величайшее открытие всех времён и народов, даже клонирование перед ним меркнет! Алло? Майкл? Ты меня слышишь? Алло?!".

Апрель 2003 года

Рассказ без названия

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1840–1850-х годов
Поэты 1840–1850-х годов

В сборник включены лучшие стихотворения ряда талантливых поэтов 1840–1850-х годов, творчество которых не представлено в других выпусках второго издания Большой серии «Библиотеки поэта»: Е. П. Ростопчиной, Э. И. Губера, Е. П. Гребенки, Е. Л. Милькеева, Ю. В. Жадовской, Ф. А. Кони, П. А. Федотова, М. А. Стаховича и др. Некоторые произведения этих поэтов публикуются впервые.В сборник включена остросатирическая поэма П. А. Федотова «Поправка обстоятельств, или Женитьба майора» — своеобразный комментарий к его знаменитой картине «Сватовство майора». Вошли в сборник стихи популярной в свое время поэтессы Е. П. Ростопчиной, посвященные Пушкину, Лермонтову, с которыми она была хорошо знакома. Интересны легко написанные, живые, остроумные куплеты из водевилей Ф. А. Кони, пародии «Нового поэта» (И. И. Панаева).Многие из стихотворений, включенных в настоящий сборник, были положены на музыку русскими композиторами.

Антология , Евдокия Петровна Ростопчина , Михаил Александрович Стахович , Фёдор Алексеевич Кони , Юлия Валериановна Жадовская

Поэзия