– Со временем привыкаешь к комфорту и превращаешься в неженку, – строго сказала сама себе миссис О’Коннор. – Для наших предков, которые жили в замке, тазик с теплой водой уже был пределом мечтаний, особенно если учитывать то, что прямо за воротами находится огромное озеро.
Бренда помогла Мирне забраться в ванну, а затем отвела ее в спальню. Дети улеглись в свои кровати. Цера устроилась в ногах у Моны. В доме воцарилась тишина. Лишь изредка на чердаке скрипели половицы, словно кто-то ходил наверху, но Мону это уже не беспокоило. Теперь, когда девочка знала, что в ночное время по дому разгуливали кобольды, она больше не боялась незнакомых звуков.
– Они что, никогда не спят? – проворчала Мона, когда услышала, как кто-то топочет на чердаке.
Она зевнула и перевернулась на другой бок. Патрик, казалось, уже заснул, но Мона внезапно почувствовала прилив бодрости. Конечно, девочка устала за день, но никак не могла уснуть. Мона легла на спину, положила руки за голову и вспомнила все события прошедшего дня. Она то и дело переносилась в мыслях на чердак. С каким воодушевлением они побежали наверх и с каким разочарованием спустились!
Мона размышляла о том, как именно их прапрапрадед мог передать своему сыну информацию о местонахождении клада, чтобы она не попала не в те руки. Послать два письма было бы недостаточно. Что же в таком случае? В приключенческих романах, которые так нравились Патрику, герои обычно находили карту или несколько карт, которые трудно было расшифровать, потому что они таили в себе много загадок, но в конце концов героям книги всегда удавалось разгадать тайну и отыскать клад. Если бы так было и в реальной жизни! Мона вздохнула. Цера, лежавшая у нее в ногах, несколько раз вильнула хвостом.
Девочка попыталась представить, как старый Брайан О’Коннор рисует карту. От высокого дуба пять шагов на запад, затем повернуть налево и направиться к большой скале. Что-то в этом роде. Собственные мысли показались Моне смешными. Нет, жизнь – это не фильм о пиратах и не приключенческий роман, где послания пишут невидимыми чернилами.
Внезапно девочку осенило. Она рывком встала с кровати. А что, если путь к скрытому сокровищу указан невидимыми чернилами? Мона хотела еще раз услышать или, еще лучше, прочитать последние строки письма.
Она сделает это утром, когда бабушка Мирна снова поедет в больницу, а Кайла придет к ним в гости.
Мона опять улеглась в кровать, но, сколько ни ворочалась с боку на бок, сон все не приходил к ней. Она откинула одеяло и произнесла шепотом:
– Патрик, ты спишь?
Мальчик не ответил. Цера подняла голову и навострила уши.
– Финола, – прошептала Мона в ночной тишине, которая больше ее не пугала.
Как и тогда в лабиринтах пещеры, она смогла различить очертания предметов, которые излучали легкое разноцветное сияние.
– Финола, покажись! – произнесла Мона чуть громче.
Ничего не произошло. Невидимая то ли не слышала девочку, то ли не горела желанием показываться ей на глаза.
Мона решила выпить воды и босиком побежала в ванную. На обратном пути она остановилась перед дверью спальни и решила еще раз позвать Финолу, но в этот момент услышала тихий шорох наверху. Значит, невидимая все еще возилась с чем-то на чердаке.
Девочка схватилась за дверную ручку и медленно потянула ее на себя. Узкая и крутая лестница, казалось, терялась в пустоте. Неожиданно девочку охватил прежний страх. Действительно ли она хотела посреди ночи подняться на чердак? Может, лучше разбудить Патрика? Или дождаться утра?
Цера тихонько заскулила и подбежала к Моне.
– Не бойся, – прошептала девочка собаке на ухо. – Это всего лишь кобольд. Нам нечего опасаться. Идем со мной, я тебе помогу.
Мона схватила Церу одной рукой за ошейник и слегка подтолкнула собаку вверх, после чего и сама с легкостью взобралась по лестнице.
Девочка остановилась и огляделась по сторонам. На первый взгляд ничего не изменилось. Она не могла понять, откуда именно доносятся шорохи. Проникавший сквозь окошко лунный свет образовывал серебристую дорожку на пыльном полу. Остальная часть комнаты слегка светилась красноватым светом. В углу что-то шуршало, но Мона решила, что это мышь, а не кобольд. Цера прижалась своим теплым телом к ногам девочки, но не издала ни звука. Собака насторожилась, но не могла понять, откуда идет угроза.
– Финола, покажись, – произнесла Мона и добавила: – Я знаю, ты здесь.
– Ты не можешь этого знать, – раздался голос невидимой, после чего очертания рыжеволосой красавицы постепенно начали появляться в воздухе.
Финола вышла из-за груды ящиков. С ее локонов свисала паутина.
Финола резко чихнула.
– Ты права, это было всего лишь предположение, – робко ответила Мона, боясь, что невидимая решит сыграть с ней какую-то шутку, но Финола лишь улыбнулась.