— Спасибо тебе за поддержку, — ответила она, не желая с ним спорить, когда он был к ней добр. Отпустив свою косу, она выпрямилась. — У меня была трудная неделя, но я решила наладить отношения с Джессамин. Я даже помогаю ей готовиться к свадьбе.
Гибсон знал, как она была расстроена тем, что Джессамин была много лет на стороне их отца.
— Правда? — В его голосе слышались озорные нотки.
Взяв ее косу, он начал завязывать бант, который она не успела развязать. Она знала, что в волосах нет чувствительных окончаний, но почему-то по ее телу пробежала дрожь возбуждения.
— Джессамин и Райдер решили поторопиться со свадьбой из-за ребенка. — При упоминании о ребенке у Ларк сдавило горло, и она сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить: — Церемония и свадебный прием пройдут в Крукт-Элм, и Флер подумала, что, если мы им поможем, процесс подготовки ускорится. Для нас, сестер Баркли, это будет прекрасная возможность сблизиться.
— Я рад, что ты пытаешься наладить отношения с Джесс.
Гибсон закончил завязывать ей бант, но не отпустил косу. Вместо этого он провел по ней сверху вниз кончиком пальца, и на Ларк нахлынули воспоминания. Он часто делал это перед тем, как ее поцеловать. Раздев ее, он наматывал ее косу себе на запястье и…
Ларк бросило в жар. Ее дыхание стало поверхностным.
Когда он приподнял кончиками пальцев ее подбородок, она подумала, что он собирается ее поцеловать. Вместо этого он просто сказал:
— Позволь мне быть твоим кавалером на свадьбе.
Гибсон не знал, откуда взялась эта идея.
Он только знал, что их с Ларк по-прежнему друг к другу влечет, и ему нужно найти предлог для того, чтобы снова ее увидеть.
Ее глаза расширились.
— Ты хочешь быть моим кавалером?
Ее грудь вздымалась и опускалась. Ему захотелось накрыть ее ладонями, но вместо этого он, не отпуская ее косу, приложил другую ладонь к ее щеке. Ее кожа была гладкой и мягкой.
— Да, черт побери!
Ему было необходимо избавиться от влечения к ней, и он сможет это сделать, только если ею пресытится.
— Это не имеет смысла.
— Между нами все еще что-то есть, и ты прекрасно это знаешь. — Он провел кончиками ее волос, как кисточкой, по ее голой руке. — Почему бы нам не использовать это время, чтобы закончить наши отношения правильным образом?
Она содрогнулась, и он увидел на ее руках мурашки.
— Что ты предлагаешь?
— Провести время вместе. Мы так быстро развелись, что у нас не было возможности поставить точку во всех аспектах наших отношений. Попрощаться с хорошими вещами, которые у нас были.
Ларк резко вдохнула.
— Возможно, в конечном итоге мы лишь разбередим старые раны. Как психотерапевт я должна сказать, что оттого, что ты предлагаешь, не будет никакой пользы.
— В таком случае хорошо, что ты не мой психотерапевт.
Он заметил, как на ее шее забилась жилка пульса.
Ее зеленые глаза сузились.
— Если я соглашусь пойти вместе с тобой на свадьбу, ты меня поцелуешь?
Его сердце бешено застучало, кровь устремилась в область паха.
— Если ты скажешь «да», — произнес он, проведя кончиком пальца по ее нижней губе, — я буду целовать тебя до тех пор, пока ты не попросишь меня остановиться.
Ларк облизала губы, кивнула и приблизилась к нему:
— В таком случае ты можешь пойти со мной на свадьбу Джессамин.
Ее ответ обрадовал его сильнее, чем самая трудная из его побед в овертайме.
— Сегодня ты сделала меня очень счастливым мужчиной.
Гибсон сократил расстояние между ними, и ее мягкая грудь легонько коснулась его груди.
— Так начни делать меня очень счастливой женщиной.
Она бросала ему вызов, провоцировала его на то, чтобы он прижал ее к стене дома и овладел ею. Он хотел этого, но не собирался торопиться и брать у нее больше, чем она была готова ему дать. Она дала ему шанс, и он не собирался потратить его впустую.
— Я скоро начну, обещаю. — Намотав ее косу себе на руку, он наклонил назад ее голову. Ее рот приоткрылся, и он прижал подушечку большого пальца к ее нижней губе. Затем покрыл поцелуями ее ухо и прошептал: — Сначала ты должна мне позволить попробовать тебя на вкус.
Учащенно дыша и дрожа от желания после двухлетнего воздержания, Ларк не могла больше ждать ни секунды. Проведя ладонями по широкой груди Гибсона, она схватила его за плечи и притянула к себе. Они одновременно застонали.
Осмелев, она встала на цыпочки и коснулась губами его губ.
Положив руки ей на ягодицы, он так тесно прижал ее бедра к своим, что она почувствовала, как он возбужден.
Желание вмиг разлилось по ее жилам расплавленным огнем. Этот мужчина всегда знал, как доставить ей удовольствие. Их развод ничего не изменил. Гибсон хорошо знал ее тело и всегда гордился тем, что мог быстро довести ее до экстаза.
Гибсон ответил на поцелуй. Его язык ворвался вглубь ее рта и скользнул по ее языку. Задрав сзади подол ее платья, он принялся водить руками по ее бедрам. В глубине ее женского естества все затрепетало в ожидании продолжения.
«Остановись, — услышала она голос здравого смысла. — Не делай то, о чем потом будешь жалеть».
— Подожди. — Прервав поцелуй, она начала восстанавливать дыхание.