Читаем «Святая инквизиция» в России до 1917 года полностью

«Нам доставлен следующий любопытный документ из черниговской губернии, свидетельствующий, как относятся провинциальные власти к неугодным ей законам.

«По Указу Его Имп. Величества губернское правление слушали: Батурина и Бахмача из селений: Курсин, Бахмачской волости, и Хижок, Конотопской волости и уезда. Христиане евангельского исповедания в прошении своем ходатайствуют об учреждении в г. Конотопе религиозной общины под названием «Конотопская община по вере крещенных христиан евангельского исповедания». Приказали: рассмотрев изложенное выше ходатайство и принимая во внимание заключение епархиального начальства (вот об этом мы и говорили, курсив мой. — А.Б.), согласно коему исповедание и распространение по вере крещенных христиан не согласно с учением православной Церкви и оказывает пагубное влияние на православной население, посему секта эта по определению епархиального начальства признана вредной для сынов православной Церкви, губернское правление, руководствуясь законом 17 октября 1906 г., определяет: ходатайство жителей названных местностей об учреждении общины под названием «Конотопская община по вере крещенных христиан евангельского исповедания» оставить без удовлетворения»

… Отказ в легализации сектантской общины на том основании, что учение сектантов не согласно с учением православной Церкви есть явное издевательство над законом (напомним, что именно этот закон разрешал регистрацию и свободу собраний верующих. — А.Б.). Неужели же министерство не призовет к порядку черниговских остроумцев? Образование общин есть право, а не обязанность сектантов, а потому отсутствие зарегистрированной общины не может служить основанием не разрешать сектантам устраивать собрания» [545].

Русские Ведомости» 25 ноября 1911 г., № 271.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное