Читаем Святослав, князь курский (СИ) полностью

На снем с киевским князем Святослав Ольгович взял не только сы-на Олега, которого планировал посадить на Курский стол, но и сына Игоря. Игорю было уже семь лет, он прошел не только обряд «посаже-ния на коня», но и обряд введения во князи и, находясь на мужской по-ловине дворца, постигал воинскую науку под присмотром дядьки-пестуна Славца. А теперь ему было нехудо и премудрости княжеских съездов-снемов познать. Прибыл с ним и новый северский князь Свято-слав Всеволодович. Изяслав Давыдович был с племянником Святосла-вом, князем вщижским, и боярами. Встречу решено было отметить пи-ром. Трех дней хватило, чтобы вволю напироваться и дела обсудить. Если на миру смерть красна, то на пиру дружба ясна. Заключили союз против князя галицкого и его сторонников. Но прежде чем собирать на него дружины, по совету Святослава Ольговича, как самого старшего на снеме, а, значит, умудренного годами, послали послов Ярославу, Мсти-славу и Владимиру Андреевичу, чтобы выяснить доподлинно, что те хотят. А также честно предупредив их о своем союзе.

Вскоре пришли ответы. Ярослав Галицкий, Мстислав Волынский и Владимир Дорогобужский просили, чтобы Изяслав Давыдович «ни тай-но, ни явно не помогал Ивану Берладнику, и тогда никакой войны не будет».

— Оказывается, все можно решить мирно, — сказал Святослав Оль-гович киевскому князю. — Отрешись от Ивана… Что он тебе… брат или сват.

— Да не стану я ему помогать, — заверил союзников и Ярослава Га-лицкого Изяслав Давыдович.

С тем и разъехались, распустив дружины.

Возможно, киевский князь свое слово, данное на съезде в Лутаве, и сдержал бы… Возможно… Но тут сами галицкие бояре, недовольные правлением Ярослава, стали тайно посылать своих людей к Берладнику, маня его престолом. Не оставили они в покое и Изяслава, суля ему зем-ли и горы золота, лишь бы он поддержал своей дружиной Берладника. И Изяслав Давыдович прельстился на коварные посулы галицкой знати. Но чтобы быть не одному в том предприятии, позвал к себе обоих Свя-тославов, Черниговского и Северского с их дружинами, а также зятя своего Глеба Юрьевича Переяславского.

Когда же киевский посол прибыл в Чернигов и передал Святославу Ольговичу послание Изяслава, то тот, рассудив здраво, от участия в по-ходе отказался. Но заверил, что если Ярослав Галицкий первым начнет военные действия и придет в земли Киевского княжества, то он тогда и сам ополчится, и сына с племянником к тому призовет. «Тогда наше дело будет правое, — пояснял он. — Ведь землю свою защищать — это святая обязанность каждого князя». Но более всего советовал войны не начинать, а все решить миром, полюбовно.

В ответ на это разгневанный Изяслав через нового посыльного пе-редал: «Ведомо будет брату моему Святославу, что я из похода не воз-вращусь, а его призывы о мире считаю глупостью и слабостью неуве-ренного в себе князя. А поскольку брат мой Святослав ни сам, ни сынов своих мне не прислал, то я, одолев князя галицкого с Божьей помощью, это ему припомню. И тогда он пусть на меня не жалуется, когда из Чер-нигова в Новгородок свой снова поползет».

Послом на этот раз был брат половецкого хана Шурукана Юрий Иванович, принявший крещение и поддерживающий дружеские отно-шения с многими русскими князьями. На этот раз он был со своими по-ловцами в войске Изяслава. Святослав Ольгович хорошо знал Юрия и попросил его передать Изяславу следующее: «Брат и великий князь! Смирение мое не моя слабость. Просто я не хочу без причины и вины на других наступать. Я желаю, чтобы я сам и моя область были в покое, чтобы кровь христианская напрасно не проливалась. И пусть другие хотят меня Чернигова лишить с семью пустыми городами, которыми есть Моравеск, Любеч, Орчищев, Всеволодск, в которых одни псари живут, так как их половцы опустошили. Ты же, брат и князь, с племян-ником своим всей остальной Черниговской областью владеете. Но если вам и этого мало, и ты хочешь меня Чернигова лишить, забыв, как крест на том целовал, то пусть Бог, как судья правый, нас на том рассудит. А я снова, брат, тебе советую возвратиться и войны первым не начинать. Не зла, но добра тебе, тишины и мира в Русской земле я желаю. Если же не хочешь мой совет принять, то это в твоей воле, но злобиться и угрожать не за что. Я же слово свое держу твердо и вступлюсь за тебя, если дело твое будет правым».

— Как мудро сказано! — ощерился в желтозубой улыбке Юрий Ива-нович. — Лучше не придумать. Все передам, слово в слово. Но только зря ты, князь Святослав, не идешь с нами. У Ярослава, говорят, горы золота и серебра, разве плохо им для себя попользоваться?

— Спасибо, хан, на добром слове, — усмехнулся в сивую бороду Святослав Ольгович, — и за совет спасибо. Но, помнится, что у вашего народа есть поговорка: «Когда собрался по чужую шубу, то знай, что можно и своей лишиться». Не так ли?

— Так, так, — ощерился вновь хитрой улыбкой крещенный половец-кий хан. — Но и у вас говорят, что если волков бояться, то в лес не хо-дить! А?

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже