Конечно, когда происходят трагические события, нам иной раз кажется, что никаких поводов для радости уже и быть не может, но это обманчивая иллюзия. Действительно ли радость навсегда покидает нас, когда мы теряем близкого человека? Обманчивое чувство пытается нам это внушить. Однако то, что у нас был близкий человек, что мы были связаны с ним узами (возможно, многолетними) взаимной симпатии и любви, уже само по себе достойно радости. Каким пустым, каким бедным предстало бы наше прошлое, не будь в нем встречи с этим дорогим нам человеком! Да и сам умерший вряд ли захотел бы, чтобы его смерть погрузила нас в безысходную печаль и стала виновницей нашего вечного горя. И каким пустым, каким бедным предстало бы наше будущее, если бы, пережив потерю, мы уже не смели надеяться на счастье!
Что ждет нас в будущем? Потери или приобретения? Здоровье или болезнь? Успех или разочарование? Будущее не выдает своих тайн. Хватит ли нам запаса радости в момент, когда наш «тучный» период закончится? Сможем ли мы приспособиться к новым условиям? В любом случае для этого потребуются душевные силы – а их может дать только радость.
Что же делать? По-видимому, открыть для себя (впервые или заново) источники радости, научиться находить и сохранять радость независимо от обстоятельств, в которых мы очутились. Тому, кто владеет этим искусством, нечего опасаться – ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ, с ним все будет в порядке.
Я решила собрать в этой главе некоторые рекомендации и советы, которые помогут читателям пройти «по следам радости» и освоить искусство ее сохранения. Чтобы чудесная «искра Божия», как говорил Шиллер, разгоралась не только в небесах, но и в нас, земных людях, озаряя наши души и укрепляя наши силы на случай тяжелых испытаний.
«Защитная пленка» организма
Можно только удивляться огромному разнообразию связей, которые, с одной стороны, обеспечивают целостность физического организма, а с другой – связывают тело с душой, создают неразрывное единство, стирая границы между материальным и нематериальным. Сегодня уже ни для кого не секрет, что существует связь между способностью организма защищаться от болезней и эмоциональным состоянием человека.
Поэтому вот совет № 1:
Когда некий скрытый недостаток человеческого тела подвергается воздействию «душевного раздражителя», возрастает вероятность заболеть. То же самое может произойти и при воздействии «физического раздражителя» на уязвимое место психики. Этим объясняется, что порой после какого-то события начинают болеть сразу все члены здоровой до того семьи. Например, дочь неожиданно уходит из дома к весьма подозрительному, по мнению семьи, типу – и у отца тут же случается сердечный приступ, мать страдает от острого гастрита, а бабушку увозят в больницу с подозрением на воспаление легких (в наилучшей форме здесь, скорее всего, будет дочь, так как она единственная довольна переменой ситуации). Огорчения и волнение очень часто позволяют прорываться болезни там, где человек и не видел проблем (хотя предпосылки, конечно, для этого были – просто их не замечали). В сфере психики все обстоит аналогично, самый лежащий на поверхности пример – у человека, склонного к страхам или приступам гнева, эти реакции усиливаются под влиянием плохого физического самочувствия.
Возьмем для сравнения пластинку черепицы с легкой продольной трещиной. Пока стоит хорошая погода, она выполняет свою функцию не хуже, чем вся остальная не имеющая дефектов черепица, но в бурю расколется
Можно ли что-нибудь сделать для спасения черепичной пластинки (для предотвращения психосоматических кризисов)? Да. Можно покрыть пластинки специальной защитной пленкой, которая пропускает солнечные лучи, но сопротивляется зимним ветрам и ослабляет их действие.
Что это за «пленка»?
Это
Бывает, мы узнаем о людях, которые стремились к определенной цели и даже успевали осуществить ее несмотря на то, что многие годы страдали от неизлечимой болезни. Их воля к завершению начатого (как, например, в случае со второй частью «Фауста» Гете) и уверенность, что определенную задачу выполнить необходимо, придавали им огромные душевные силы, помогали подняться над сомнениями и отчаянием, и некоторым из них удавалось прожить дольше, чем позволяли их «биологические ресурсы».