Читаем Таежная кровь полностью

Топ вкратце пояснил свое состояние. Начал рассказывать, как упал. Только что говорить? И так все понятно. Лабаз – вот он, над головой. Видно сгнившую, лопнувшую лагу… Но никто не сказал ни слова в укор. В тайге бывает все, каждый это понимает. Да сейчас и не до этого. Главное – как можно быстрее вынести его из тайги.

Небольшая доза алкоголя возымела свое действие. Ему стало заметно лучше, появились силы, стабилизировалась речь, движения рук. Настроение передалось окружающим. Каждый из присутствующих уже знал свою роль, свои действия, как в отлаженном часовом механизме. Все было решено за одну минуту: как его выносить, куда. Володя Лыков коротко объяснил путь Женьке, чтобы лучше, быстрее тайгой добраться домой. Виктор, Николай готовили жерди для носилок. Вася Мясников белкой взобрался по лестнице на лабаз за капроновым брезентом. Кто-то срезал с него ножом теплые одежды.

И вот Топ уже лежит на самодельных носилках: две продольные жерди, к которым веревками закреплен капроновый брезент. Четверо крепких парней разом подняли его на плечи, понесли вперед по захламленной тайге. Впереди – двое с топорами в руках: Володя и Вася рубят дорогу. Иначе пройти невозможно. Остальные восемь мужиков по очереди несут обездвиженное тело. Степан Гаврилович, с ружьем сына на плече, замыкает шествие.

Продвижение дается медленно. Несмотря на самый короткий ход, который избрал Володя Лыков, слишком много преград на пути. Заросли кустарников, колодник, ветровалы, кочкарник, высокая трава значительно увеличивает время передвижения. Проводники отчаянно работают топорами. Несмотря на напряжение, никто не останавливается ни на минуту. Понимают, что даже кратковременная остановка может усугубить положение. Расстояние до дороги надо пройти как можно быстрее. Никто из мужиков ни разу не напомнил об отдыхе. На расстоянии в пять километров носилки ни разу не коснулись земли. Как тяжело дался этот путь, знают только те, кто подставлял свое плечо под них.

Топ плохо представлял себе происходящее. Слабость и какая-то отрешенность, радость встречи, легкое алкогольное опьянение – все смешалось в одно целое. Реальность отстранила прошлое. Нервное напряжение улетучилось. Появилось ощущение нахлынувшего счастья.

Топ знал, что находится в руках своих товарищей, людей тайги, в чьих жилах бежит такая же горячая кровь, как у него. Он уверен: теперь его не оставят в беде, не дадут умереть, чего бы им это ни стоило. Знал, что сегодня увидит тех, кто ему особенно дорог. И за это был бесконечно благодарен своим спасителям. Они, не посчитавшись со временем, проблемами личного характера, не побоявшись трудностей, сразу же, по первому зову, поспешил на поиски. И это не только простое чувство взаимопомощи. Так всегда бывало в сложных ситуациях. Таков закон тайги, так велит таежная кровь.

Тогда Топ не говорил кому-либо из своих «лесных братьев» простое слово «спасибо». Не пролил слез признательности. Все было понятно без слов. Помощь по первому зову, долгие поиски, спасение – это нормально для его друзей. Прежде всего, Топ – человек, который попал в беду, пусть даже по своей вине, точнее – по глупости. И благодаря своим спасителям остался жив. Окажись кто из этих людей на его месте, Топ поступил точно так же.

Топ находился в состоянии «праздной эйфории», когда на душе легко и спокойно, как бывает рядом с верными друзьями. С теми, кто не бросит, не предаст в тяжелую минуту. И поэтому он на какое-то время забывался, отключался или даже терял сознание. Потом опять приходил в себя, о чем-то разговаривал, даже шутил. И опять «улетал».

Соскучившись по людям, узнавая кого-то из своих друзей, Топ находил тему для разговора. Говорил не более минуты, а потом, устав, опять умолкал. Увидел спину двоюродного брата Александра Лихачева, который цепко держал руками передний конец носилок, вспомнил давний, похожий, эпизод:

– Помнишь, братка, когда мы рыбачили на Тумне, ты меня переносил на спине через перекат? Думал ли ты, что тебе вот так же придется нести меня еще раз?..

Тот глубоко вздохнул, немного подумав, ответил:

– Конечно, не думал. Но в жизни всякое бывает. Не переживай, братуха, мне это не в тягость. Донесем, куда надо! Хоть к черту на рога!

Сзади, за спиной, Топ услышал знакомое дыхание. Для уверенности спросил:

– Витек, ты?!

– Собственной персоной! – пытается шутить старший Мясников.

– Эх, вот… тот раз с тобой в палатке едва не задохнулись. Теперь, видишь, как получилось. Не там, так здесь. Хоть вообще в тайгу не ходи. Да видно, уже и не придется…

– Молчи, как рыба об лед! – «отрезал» Виктор. – Побежишь еще – не догонишь!..

Через некоторое время мужики поменялись. Топ попытался повернуть голову, все же увидел за спиной Николая Чеснокова. Надо с ним поговорить:

– Что, Коля, как в тайгу сходили?

– Да так себе. «Порожняк сгоняли». Сам знаешь, время да ноги. Не хотели идти, да разве дома усидишь? – сбивая дыхание, отвечает Николай, рассказывает о чем-то еще, но Топ плохо слышит. Очередной прилив усталости глушит речь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сибириада

Дикие пчелы
Дикие пчелы

Иван Ульянович Басаргин (1930–1976), замечательный сибирский самобытный писатель, несмотря на недолгую жизнь, успел оставить заметный след в отечественной литературе.Уже его первое крупное произведение – роман «Дикие пчелы» – стало событием в советской литературной среде. Прежде всего потому, что автор обратился не к идеологемам социалистической действительности, а к подлинной истории освоения и заселения Сибирского края первопроходцами. Главными героями романа стали потомки старообрядцев, ушедших в дебри Сихотэ-Алиня в поисках спокойной и счастливой жизни. И когда к ним пришла новая, советская власть со своими жесткими идейными установками, люди воспротивились этому и встали на защиту своей малой родины. Именно из-за правдивого рассказа о трагедии подавления в конце 1930-х годов старообрядческого мятежа роман «Дикие пчелы» так и не был издан при жизни писателя, и увидел свет лишь в 1989 году.

Иван Ульянович Басаргин

Проза / Историческая проза
Корона скифа
Корона скифа

Середина XIX века. Молодой князь Улаф Страленберг, потомок знатного шведского рода, получает от своей тетушки фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя, якобы привезенную прадедом Улафа из сибирской ссылки. Одновременно тетушка отдает племяннику и записки славного предка, из которых Страленберг узнает о ценном кладе — короне скифа, схороненной прадедом в подземельях далекого сибирского города Томска. Улаф решает исполнить волю покойного — найти клад через сто тридцать лет после захоронения. Однако вскоре становится ясно, что не один князь знает о сокровище и добраться до Сибири будет нелегко… Второй роман в книге известного сибирского писателя Бориса Климычева "Прощаль" посвящен Гражданской войне в Сибири. Через ее кровавое горнило проходят судьбы главных героев — сына знаменитого сибирского купца Смирнова и его друга юности, сироты, воспитанного в приюте.

Борис Николаевич Климычев , Климычев Борис

Детективы / Проза / Историческая проза / Боевики

Похожие книги