— Если уж быть откровенной, — продолжила матушка, принимаясь за мясную нарезку, — я не в восторге от притязаний господина Сигидзара, мне бы всё-таки хотелось, чтобы ты сходила на День Выбора. Но его столь высокое положение… Это несомненно плюс. Наша семья точно будет под надёжной защитой от нападок некоторых противников вашего отца. Да и мало ли кто попадётся тебе на Дне выбора, вдруг кто-то совсем из отдалённой провинции! Нет, такого позора я не хочу! — мать разволновалась из-за своих собственных слов, я же чуть не подавилась, пытаясь понять, что значит «попадётся». Они что там, в рулетку играют? — А вот Велира, — продолжила она, — точно идёт! Хватит с меня! Мне надоели слухи о твоих «подвигах»!
— Матушка, это просто слухи, — попробовала возразить сестричка.
— Молчать! — демоница даже стукнула кулаком по столу. — Тебе родительский наказ! Ты идёшь на День выбора! У тебя год, чтобы закончить все свои любовные интрижки и приготовить платье, — уже спокойным тоном закончила она.
Я сидела, вжав голову в плечи и скосив глаза, наблюдала, как когти матушки царапают поверхность стола. Ох, и родительница! Надо бежать! Куда там сестра говорила? Хотя всё равно куда, главное, подальше отсюда.
— Хорошо, матушка, — покорно пробурчала Велира., склоняя голову и опуская глаза.
— Завтрак окончен, вечером вас жду! — почти торжественно произнесла наша матушка, и нам пришлось вставать из-за стола.
Велира направилась к выходу, я поплелась за ней, внутренне возмущаясь. Поесть нормально не дали. Так вот почему мы с сестрой такие худые! Хотя нет, демоница осталась, я осторожно обернулась, убедившись — да, сидит, ест. Чего она тогда тоже тонкая, как спичка?
Спросить у сестры не успела. Та довела меня до комнаты и куда-то быстро ускакала, сказав, что зайдёт за мной перед ужином.
Делать было нечего. Я легла на кровать, пытаясь осознать всю глубину… того положения, в которое попала. Как такое вообще возможно? Я умерла в своем мире и перенеслась в этот, в чужое тело. Получается, истинной хозяйки тела нет в живых. Как бы сильно мне не нравилась обретённая в этом мире сестра, но признаваться ей ни в коем случае не собиралась. Ни к чему это всё. Покачала головой, соглашаясь со своими мыслями, которые снова плавно свернули к прошлой жизни. Вряд ли кто-то там будет сильно переживать обо мне, и скучать тоже вряд ли кто будет. Может, пожалеют минуты три-пять, вот и вся скорбь. Печально повздыхав, не заметила, как заснула.
Разбудила Велира. Примчалась, как ураган.
— Ты спишь?! Вставай, надо собираться!
Пришлось подниматься, хотя именно сейчас очень хотелось поспать. Настроение на нуле, однако, как только вспомнила, что мне предстоит встреча с Сигизмундом, как его там, Сигизмундовичем, сразу взбодрилась. Впереди маячило неясное будущее, и нужно постараться, чтобы найти место в новой жизни.
Снова тот же зал с огромным столом. На этот раз мы вчетвером — к нам с матушкой добавился папа — ждали моего, так называемого, жениха. Отец оказался довольно приятным мужчиной. Высокий, большие витые рога, короткие волосы пепельного цвета. И тоже худой. Он искренне улыбнулся мне и распростёр руки для объятий.
— Как себя чувствуешь, Тайина? — спросил, слегка обнимая за плечи.
— Всё хорошо, — ответила я, чувствуя, что его забота совсем не показная. А ведь матушка даже не спросила о здоровье.
— Вот нужна была тебе эта семья лисков. Ну подумаешь, затопило бы их после дождя, ничего ведь страшного и непоправимого в нашей жизни не случилось бы, — принялся выговаривать мне отец, а я непонимающе хлопала глазами.
Пока отец отвлёкся на разговор с матушкой, Велира наклонилась ко мне и тихо пояснила:
— Лиски это такие крупные жуки. Около нашего оврага поселилась их большая семья, и ты, конечно же, пошла их спасать. Тайина, ты не представляешь, какой это позор. Демоны не спасают лисков! Что творится в твоей голове, сестрёнка?
— А вот и господин Сигидзар Гамурайти пожаловал! — громко произнёс отец, и все посмотрели на вошедшего. Отец с матерью тут же поднялись и направились к нему навстречу, обниматься и здороваться. Мы с сестрой встали рядом со столом. Моё сердце тревожно колотилось. Неужели родители бывшей владелицы этого тела согласны выдать свою юную дочь за этого... демона.
На вид пришедшему было лет шестьдесят пять, морщины прочно поселились на его, возможно когда-то красивом лице, рога выглядели бледными, тусклыми, почти безжизненными, короткие волосы полностью седые. Этот, как его, Сигизмунд был не просто худым, он был тощим! Если я раньше решила, что худоба это какая-то, так скажем, особенность нашей семьи, то теперь уже и не знала, что думать. Если бы я не видела рисунки, то вполне нормально приняла бы вид демонов, но сейчас это казалось очень странным. Хотя мало ли что случилось, может у них такая мода или эволюция, или ещё что.
— Ну зачем же так официально? — развел руки в стороны Сигизмунд, ехидно улыбаясь. — Как-никак скоро породнимся!
Велира
3. Яна-Тайина