Что мне теперь делать? Как быть? Где брать средства для развития собственного магазина и что будет с отцовской долей? Взять кредит в банке? Это возможно, проценты пустяковые, но вот неизвестный враг, присвоивший их компанию, будет ли он иметь влияние на ее дела? И сможет ли она справиться со всем самостоятельно? А может, все отменить? Продать, пока не поздно, через аукцион предметы искусства, отказаться от аренды помещения? Что делать? Самое худшее заключалось в том, что ей не с кем было проконсультироваться, посоветоваться. Она никому не доверяла.
Когда Кара распахнула дверь кабинета, ей почудилось, что из раскаленного жерла вулкана она мгновенно перенеслась в зону арктического холода. Казалось, царящая в кабинете тишина морозно похрустывала от дыхания собравшихся.
— Кара! — Навстречу ей поднялся Беженаль, разрывая своим движением оковы ледяной стужи, с неуместно радостной улыбкой на лице, гостеприимный и любезный. Остальные молча кивнули в знак приветствия. — Присаживайтесь. Может быть, чаю или кофе?
— Благодарю. Ничего, — вливаясь в общий настрой, коротко, почти грубо отказалась Кара. — Объясните мне четко, подробно, как это случилось?.. Пожалуйста.
После короткого обмена взглядами слово взял Чемезов.
— Потрясающе! Так просто и так эффективно, — скривив губы, проговорила Кара, выслушав рассказ. — И что вы предприняли?
— Виталий Владиславович со своей командой уже наложил на компанию арест. Подали заявление в прокуратуру, задействовали все возможные связи, сейчас выясняем, кто именно стоит за офшором. Делаем все возможное.
— Какие у нас шансы вернуть компанию? — скрещивая на счастье пальцы, спросила Кара.
— Высокие, — неопределенно ответил Чемезов.
Последовало затяжное молчание.
— Нужен Борис, — наконец прервала паузу Лариса. — Нам нужен Борис!
Чемезов выразительно приподнял брови.
— В любом виде. Нам нужна определенность. И вы должны были иметь хоть какое-то представление о происходящем! — зло выкрикнула Лариса. — Что-то же должно было этому предшествовать! Что происходило в последнее время подозрительного? Марат! За ним следили? Ты своих людей проверял? Ты в них уверен?
Когда спустя час Кара, все такая же нервная и потерянная, появилась в приемной отца, Нестеров сидел на краешке стола секретарши и беззаботно шутил с ней за чашечкой кофе. Девица смеялась, запрокинув голову и демонстрируя длинную стройную шею и вываливающийся из декольте, мелко трясущийся от смеха бюст. Сцена была отвратительная. И без того взвинченная Кара едва сдержалась от резких замечаний, но кое-как справилась с собой, не желая унижаться, и лишь высокомерно бросила, проходя мимо:
— Я поработаю в кабинете отца. Проследите, чтобы меня не беспокоили. — И, не взглянув на Нестерова, прошагала в кабинет.
Гарик у нее за спиной заговорщицки подмигнул секретарше, та понимающе улыбнулась, он вздохнул и, прихватив пиджак, направился следом за Карой.
— Итак? — раздался позади нее собранный деловой голос.
Она обернулась и с удивлением увидела стоящего возле стола Нестерова. Не легкомысленного плейбоя, минуту назад заигрывавшего с секретаршей, а серьезного, солидного бизнесмена, делового человека, у которого на глупости нет времени.
— Рассказывайте все подробности, — присаживаясь возле стола, потребовал Гарик.
Кара, изумившись произошедшим в новом знакомом переменам и скорости, с которой он перевоплотился, полностью сменив личину, в очередной раз от комментариев удержалась. Сдержанность вообще была ее отличительной чертой. И часто помогала с достоинством выходить из щекотливых ситуаций. Лишний раз не ляпнул от волнения или растерянности глупость — уже выиграл.
Усевшись за отцовский стол, она коротко передала содержание переговоров, обрисовав Нестерову ситуацию, и без того уже ему в общих чертах известную.
— Что ж. Этим вопросом уже занимается руководство компании, думаю, здесь мы ничем помочь не сможем, — заключил после короткого раздумья Гарик. — Нам лучше сосредоточиться на поисках Бориса.
— Нам или вам? — спросила Кара, все еще не забывшая ни секретаршу, ни реакцию Нестерова на известие о захвате компании.
— И мне, и вам, — не моргнув глазом ответил он. — А потому уступите мне место за столом, я попробую вскрыть почту Бориса.
Делать было нечего, спорить не о чем, и Кара молча уступила место.
Нестеров сел за стол, открыл комп, вставил свою флешку и тут же забыл о девушке. Минут через десять щелканья по клавишам и сосредоточенных раздумий он распорядился подать кофе, и Каре пришлось в очередной раз воздержаться от комментариев. Нестеров не хотел ее унизить, он вообще о ней не думал, он решал задачу. И Кара велела секретарше сварить кофе, но не приносить в кабинет, а просто сообщить, когда все будет готово. Вид хозяйничающего в компе Нестерова мог произвести на секретаршу слишком сильное впечатление, которое повлекло бы за собой ненужные действия в виде доклада Чемезову или, еще хуже, Марату.
Пришлось выдержать насмешливый, понимающий взгляд секретарши.