Читаем Тайны Берлина полностью

С 1933 года политическая ситуация в столице и во всей Германии меняется коренным образом, к власти приходят фашисты во главе с Гитлером, и Берлин на тринадцать лет становится столицей фашистского государства, или тысячелетней империи, провозглашенной фюрером. Но тысячелетний рейх просуществовал до 1945 года. После оккупации союзными войсками город был поделен на четыре сектора — русский, американский, французский и английский. Каждая третья квартира в Берлине разрушена. С 24 июня 1948 года по 12 мая 1949 года длилась блокада Берлина Советами. По воздушному мосту Англия и Америка, совершив 279 114 полетов, доставили в изолированный Берлин почти 2,5 млн тонн грузов. Со временем три сектора объединились в один и появилось два сектора — Западный и Восточный (русский). Ставшие в дальнейшем самостоятельными городами, Восточный и Западный Берлин, разделенные 13 августа 1961 года бетонной стеной длиной 155 километра, на протяжении десятилетий старались не замечать друг друга, более того, вели друг против друга негласную войну. И лишь в 1989 году, когда пала знаменитая Берлинская стена, прежние Восточный и Западный сектора объединились и Берлин снова сделался единым городом, столицей объединенной Германии. Со времен «холодной войны», поры разобщения и вражды, в городе остались свои знаки — остатки Берлинской стены, два центра — Курфюрстендамм в западной части и Александерплатц в восточной, два конгресс-центра, две телебашни, две обсерватории, два университета, два зоопарка, два ипподрома и две Национальные галереи. В этом есть своя неповторимость. После 1989 года Берлин приобрел свою прошлое и вместе с тем свою идентичность и становится красивейшим, богатейшим городом Европы, прошлое наследие которого всегда будет интересовать приезжающих в него людей.


К.-Ф. Шинкель


Кстати, преподавание иностранных языков в Германии ввели в конце девятнадцатого века. Однако русский язык, как и другие славянские языки, оказался за пределами школьных программ. Хотя немецкие классики, опять же Лейбниц, Готшед, знали русский, Шиллер заимствовал материал для своей последней трагедии из польско-русской истории, Рильке переводил «Слово о полку Игореве». Позднейшее нацистское требование «чистоты немецкой нации» напрочь вытравило из памяти немцев сплетения корней со славянами. И в умах населения постепенно закреплялись представления, смешанные с мифами, с предрассудками, ничего не имевшими общего с реальной историей, что и позволило в дальнейшем Гитлеру, мистику по натуре, внедрить в массы представление о немцах как о высшей расе. «Славяне существуют не затем, чтобы властвовать, а затем, чтобы служить, а все образование должны вносить арийцы, «культуртрегеры», как носители высшего сознания и культуры». Во времена ГДР русский язык и литературу изучали в школах, но особого распространения эти предметы не получили. Не лучшая ситуация с изучением русского языка складывается и в наше время. По новейшим данным немецких ученых-славистов, в 1977–1978 годах в Баден-Вюртемберге русский язык изучали 1450 учащихся. В 1987–1988 годах их осталось всего 877. С тех пор число изучающих русский по всей Германии неуклонно сокращается, закрываются кафедры славянской филологии, преподавателей этих языков практически не осталось. Отсюда множество клише, появляющихся в СМИ по истории, культуре и литературе России, о Кремле, по поводу Кремля и вокруг Кремля, которые замещают собой реальные факты, события и историю.

Утерянный шедевр

Перейти на страницу:

Все книги серии Тайны знаменитых городов

Замки баварского короля
Замки баварского короля

Людвиг II Баварский — трагичная, величественная, оболганная фигура… Зачем он возводил непостижимо прекрасные замки, тратя на это колоссальные средства? Потому, что был безумен? Автор этой книги доказывает, на материалах личного исторического расследования, что заключение о психической неполноценности было лишь жалкой клеветой на венценосного монарха, основанной на ложных донесениях слуг. Людвиг II, с детства одаренный талантом архитектора, постигший орденские предания о Святом Граале, духовный сподвижник Рихарда Вагнера, созидал своими замками Небесную Баварию — земное воплощение сокровенных таинств, завещанных ему подвижниками прошлого. И сами обстоятельства жестокой гибели «лебединого рыцаря», как называл себя Людвиг II, фальсифицированные современниками и похороненные в закрытых архивах, предстают на страницах этой книги совсем иными, чем принято считать.

Мария Кирилловна Залесская

История / Образование и наука

Похожие книги

Лжеправители
Лжеправители

Власть притягивает людей как магнит, манит их невероятными возможностями и, как это ни печально, зачастую заставляет забывать об ответственности, которая из власти же и проистекает. Вероятно, именно поэтому, когда представляется даже малейшая возможность заполучить власть, многие идут на это, используя любые средства и даже проливая кровь – чаще чужую, но иногда и свою собственную. Так появляются лжеправители и самозванцы, претендующие на власть без каких бы то ни было оснований. При этом некоторые из них – например, Хоремхеб или Исэ Синкуро, – придя к власти далеко не праведным путем, становятся не самыми худшими из правителей, и память о них еще долго хранят благодарные подданные.Но большинство самозванцев, претендуя на власть, заботятся только о собственной выгоде, мечтая о богатстве и почестях или, на худой конец, рассчитывая хотя бы привлечь к себе внимание, как делали многочисленные лже-Людовики XVII или лже-Романовы. В любом случае, самозванство – это любопытный психологический феномен, поэтому даже в XXI веке оно вызывает пристальный интерес.

Анна Владимировна Корниенко

История / Политика / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное