— А я уж думал, что вы заблудились. — Я диким взглядом оглядываю пол. Почти каждый сантиметр огромной залы залит кровью. Незнакомые мне люди и, судя по всему, гоблины валяются с огромными рваными ранами. Стоит гробовая тишина. — Долго шла.
Реддл чуть щурится, сканируя меня с ног до головы каким-то плотоядным взглядом.
***
Вестибулярный аппарат сносит, и я благополучно падаю на четвереньки, боднув лбом землю. Неожиданная трансгрессия сводит на нет жалкие попытки держаться непринуждённо и достойно.
Ненавижу магию.
Но сокрушаться о собственной никчёмности я буду как-нибудь в следующий раз. Пошатнувшись, всё-таки поднимаюсь, оглядываясь по сторонам. Место отдалённо напоминает сильно заброшенный сельский дом. Если бы не начало лета, за стеной высокой, некошеной травы я бы и не разглядела развороченное нагромождение камней, видимо, когда-то бывшее домом. Но сейчас весна, сырая, лысая, и я со вздохом разочарования отряхиваю перепачканную мантию. В сознании острой иголкой впивается чувство вины перед Северусом — я так неаккуратно обхожусь с его, пожалуй, единственным подарком. Том вместе с Нагайной тем временем исчезают в руинах.
Нет, всё понимаю, но сюда-то мы зачем явились? Может, мы потерялись?
Приходится на мгновение задержать дыхание, когда, коснувшись мшистой каменной кладки, я вспоминаю про арахнофобию.
— То… — я не успеваю поинтересоваться, где именно маг и зачем мы пришли, как воздух сотрясается от такого истошного вопля боли и разочарования, что я вздрагиваю от неожиданности, ускоряя шаг. Но искать Реддла не требуется, почти в следующую секунду колдун выскакивает передо мной, как чёрт из табакерки, хватая меня одной рукой за отворот мантии, а другой приставляя к моему горлу волшебную палочку.
— Откуда ты узнала о крестражах?! — Глаза Тёмного лорда светятся маниакальным безумием. — Откуда?
Мужчина с остервенением встряхивает меня. От неожиданности и испуга требуется несколько секунд, чтобы понять, что он от меня хочет.
— Нет, я не знала… — начинаю нечленораздельно блеять в ответ, с ужасом глядя в придвинувшееся безносое лицо.
— Ты знала! Ты сама сказала! Кто тебе рассказал?! Северус?
— Нет! — наконец срабатывает выброшенный в кровь адреналин. — Я просто слышала в моем мире, там просто сказка, и в ней об этом говорилось… — мысли путаются, отказываясь складываться в вразумительный ответ.
— Говори! — снова взвывает Том, мотанув меня из стороны в сторону.
— В моем мире была сказка! Там был главный злодей Волан-де-Морт, который был одержим крестражами! Я просто провела аналогию! — голос сам собой начинает звучать на октаву выше обычного.
— Ты знаешь, что такое крестраж?! — снова рявкает Реддл, сжимая ткань так, что становится трудно дышать.
— Осколок души? — сиплю я двоящимся голосом.
Хватка резко разжимается, и я чуть не падаю вперёд.
Реддл замирает восковым изваянием, впившись взглядом в полуразрушенную стену.
— Он не знал, я смотрел, следил, но он не знал… Тогда откуда… — еле слышно бормочет маг, видимо, обращаясь к подползшей змее. Нагайна обвивается вокруг моих ног, требуя быть поднятой. Как только рептилия оказывается у меня, мир снова схлопывается.
***
Зарываюсь пальцами в волосы, массируя кожу головы и при этом стараясь не задевать разрез, наискось пропахавший левую ладонь. Потому что его темнейшеству нужно было заплатить кровью за проход в пещеру, а я так удачно оказалась рядом. Кажется, что время слиплось, издевательски растягивая и без того натянутые до гула нервы. Звук битвы долетает настолько приглушённый и неясный, словно и битвы-то уже почти никакой не осталось. Нервная дрожь заставляет гулко стучать зубами, в жалких попытках согреться кутаясь в мантию Северуса…
С остервенением впиваюсь пальцами в корни волос, потянув на себя.
— Проснись, проснись, проснись…
Сжимаюсь в клубок, утыкаясь носом в колени, тяжело задышав ртом, и почти тут же вскидываю голову, мгновенно находя взглядом в помещении замершего Северуса.
Том его убьёт.
Аксиома, кипящим маслом сжигающая душу в кровавые пузыри.
А я ничего не могу с этим сделать.
Потому что между нами силовой барьер, потому что Северус даже не видит, что я нахожусь с ним в одной комнате, потому что Реддл решил извести своего приближённого изощрённо, по-волан-де-мортовски жестоко.
«Пока не попробуем — не узнаем», — пожал плечами безносый ублюдок, загоняя меня в магическую клетку. И устроил небольшое пафосное представление, меряя шагами каморку в ожидании Люциуса.
Ненавижу себя.
Реддл обходит Северуса, играя в пальцах палочкой. Снейп же стоит мраморной статуей, кажется, перестав дышать и моргать, вслушиваясь в каждое слово своего повелителя.
Качнувшись вперёд, с глухим воем падаю на колени, уперевшись лбом в невидимую преграду.
Потому что проверить, как работает фамильяр, можно, только убив мага. И видимо, из извращённых убеждений Том решил, что я должна видеть, как умирает мой маг, а вот создатель, для большего эффекта, пусть чувствует себя брошенным.
Северус, если бы ты только знал.