В течение нескольких последующих часов она боролась со своим телом, заставляя его двигаться, когда ему отчаянно хотелось спать. Ее глаза слезились на каждом шагу, но на этот раз она не была уверена из-за чего это происходит — из-за солнца или из-за горя, бурлящего в ней. По тому, как двигалась Соланж, она знала, что та испытывает точно такие же сильные эмоции — смесь ярости и печали, которая возможно никогда не исчезнет. Она старалась не думать о том, какой девочкой была Джасмин, об ее очаровательной улыбке и мягкой доброте. Соланж и Джульетта горели страстью, были страстно увлекающимися и пылкими, с сильными эмоциями. Джасмин была милой, спокойной и неотразимой.
Джульетта почувствовала, как вопль протеста поднимается в ней, и едва сумела подавить его, поскольку Соланж свернула с пути, указывая, где находиться тайник с оружием и пищей. В человеческом облике они оделись и привязали ножи с такой же легкостью, с какой натянули одежду.
— Они близко, — сказала Соланж, но ее голос прозвучал глухо. — Я чувствую их. Мы находимся от них с подветренной стороны. — Она глотнула воды из бутылки, спрятанной среди ее запасов. На вкус от времени она была противной, но все же это была влага. Она передала ее Джульетте. — Ты готова двигаться? Это не будет легким делом.
Их глаза встретились. Джульетта кивнула.
— Мы добьемся успеха, у нас нет иного выбора.
Соланж снова взяла бутылку.
— Они превосходят нас численно, и они сильны, невероятно сильны. Я слышала, что Карпатцы способны на немыслимые подвиги. Очевидно, если мужчина может превратиться в туман, когда на него нападают, это является правдой. Он сможет помочь нам, даже если при этом находиться под землей?
Джульетта с готовностью дотянулась до Риордана. Ее разум был постоянно настроен на него, желающий прикоснулся к нему и добавляющий ей горя, когда не мог. На сей раз, она была более требовательной, ее призыв к нему граничил с потребностью.
В своем сознании она проиграла все дневные события. Он очень спокойно отошел, удаляясь, но перед этим она почувствовала толчок его темной дикой ярости. Она вскипела, опасная и смертельная, более смертельная, чем ее собственная. Она должна была бы испугаться, но вместо этого она была спокойной, поскольку его гнев был в интересах ее сестры.
Когда Риордан смог контролировать свой гнев, то дотянулся до нее. Связь была слишком сильной.
—
Он мягко выругался.
—
Джульетта затаила дыхание, ожидая. Она знала, каким могущественным был Риордан, и была свидетельницей потрясающих способностей его старшего брата. Ее охватила надежда.