Возможно, именно из-за того, что с его души свалился груз, в эту вторую ночь после возвращения из Стокгольма Генри спал гораздо спокойнее. Гораздо лучше, как говорят люди. Маргарет слушала, как он тихо, размеренно сопит, точно ребенок: час за часом, час за часом, пока звонил церковный колокол и лил дождь. По мере того как медленно протекала вторая бессонная ночь, Маргарет перестала искать объяснения, придумывать оправдания, обманывать себя.
Может, прогуляться?
Без нескольких минут пять она встала с постели и почти в полной тишине напялила рубашку, брюки и куртку. Она долго стояла и смотрела на бесконечно медленный стылый рассвет. Ей хотелось убежать, но в отеле двери запирались на ночь, а ночной портье, даже и будь он здесь, не отнесся бы сочувственно к ее проблеме. Разумнее всего будет отказаться от блажи…
…
Маргарет разделась и забралась обратно в постель. Она слышала, как Генри все еще сопит, но стоило ей улечься поближе, как он прерывисто и горько вздохнул – как кто-то, мечтающий о прошлом, которое всегда будет намного слаще настоящего.
– Генри, – сказала Маргарет после завтрака, – ты не раз в последнее время замечал, что я выгляжу не лучшим образом. На самом деле, я уже давно нормально не высыпалась. И совершенно случайно я нашла место, куда приезжают люди со всего света, страдающие затяжной бессонницей. Ты же не возражаешь, если я побуду здесь еще – недолго, конечно?
Они долго спорили – другого она и не ожидала, – но теперь у Маргарет находились новые силы, хотя она понятия не имела, какие у них пределы и что они собой представляют.
– Как только преодолею лес – свяжусь с тобой, – пообещала она. – Дорогу через него только идущий осилит. Иначе никак не узнать, что ждет там, на другой стороне.