Читаем Тень Серафима полностью

…Белые успешно создали на правом фланге черных слабость пешечной структуры в виде сдвоенных и одной заблокированной пешки, с расчетом воспользоваться этими заготовками в эндшпиле. Черные разменяли центральные пешки и заняли центр своими фигурами, угрожая опасными ходами вглубь позиции белых. Белые в свою очередь заняли освободившуюся открытую линию и выдвинули коней, рассчитывая подорвать закрепившегося в центре противника. Не дав им развить инициативу, черные провели пару маневров тяжелыми фигурами, завершившимися практически равными разменами и атакой на неприятельского короля. Шах!.. Хм, любопытно. Успешно действуя фигурами, черные совершенно неожиданно поставили белых в тяжелое положение. Оригинальная сегодня получается партия.

Глава особой службы чуть заметно нахмурил четко очерченные брови, глядя на доску и параллельно думая о своей будущей жертве. Увы, ничто так не развращает подозреваемых, как неграмотно проведенный первый допрос. От него зависело многое, ровно как в шахматной игре — от первого хода.

То, какое начало положено, определяло лицо, характер и рисунок всей партии. Когда фигуры еще нетронуты, перед игроком развертывается необъятно широкое поле действий, ограниченное только его собственным умом и фантазией. Имеется ровно двадцать вариантов первого хода, на каждый из которых противник может также ответить также двадцатью различными ходами. С каждым следующим шагов, с каждым новым ходом пространство решений сужается, вариантов становилось всё меньше и меньше, до того самого момента, пока возможности выбора хода у одного или сразу у обоих игроков не остается вовсе. В самом конце партии решения остаются самые элементарные, давно разобранные в теории и, на вкус Винсента, довольно пресные. А вот в начале совершенно другое дело… начало было действительно важно.

…Белые, однако, филигранно избежали весьма вероятного мата и приступили к ловле зарвавшегося черного ферзя. Масштабные действия! Обе стороны несут серьезные потери. Черные начали спешную перестройку фигур, неудачно разменяв коня, зато умудрившись сохранить ферзя. Итак, гардэ!.. Отступление. Снова гардэ. Снова бегство, на этот раз — по самому лезвию, по самому краю пропасти. Теоретически черный ферзь рискует попасться, но на практике успешно избегает ловушек… В профилактических целях белые также меняют тактику: перестраиваются и, пожертвовав за инициативу пешкой, организовывают сильное давление. Следует целый каскад смелых ходов, остроумных тактических маневров. Фигур остается всё меньше, титаническая многофигурная схватка неизбежно подходит к концу. Эндшпиль ожидается интересный — Винсент трепетно любил ферзевые окончания, в особенности, когда у обеих сторон еще оставалось по живому ферзю.

И почему только лорд Эдвард доверил такой несравнимо важный первый разговор с инфантом Кристоферу, да еще и без ведения протокола? Недопустимые нарушения служебной дисциплины! Никакого отношения к данному делу служба ювелиров не имеет и иметь не может. Однако правитель делегировал ей ряд полномочий, позволив Кристоферу провести беседы — называть это дилетантское безобразие полноценными допросами у Винсента не поворачивался язык — с подозреваемыми ювелирами, не состоящими в гильдии.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Клара и тень
Клара и тень

Добро пожаловать в дивный мир, где высочайшая человеческая амбиция — стать произведением искусства в жанре гипердраматизма, картиной или даже бытовой утварью, символом чужого богатства и власти. Теперь полотна художников живут в буквальном смысле, они дышат и долгими часами стоят неподвижно, украшая собой галереи и роскошные частные дома. Великий пророк нового искусства — голландский мастер Бруно ван Тисх. Стать картиной на его грядущей выставке — мечта любого профессионального полотна, в том числе Клары Рейес, которая всю жизнь хотела, чтобы ею написали шедевр. Однако полотна ван Тисха одно за другим гибнут от руки изощренного убийцы, потому что высокое искусство — не только подлинная жизнь, но и неизбежно подлинная смерть, и детективам, пущенным по следу, предстоит это понять с нестерпимой ясностью. Мы оберегаем Искусство, ибо оно — ценнейшее наследие человечества; но готовы ли мы беречь человека? Хосе Карлос Сомоза, популярный испанский писатель, лауреат премии «Золотой кинжал» и множества других литературных премий, создатель многослойных миров, где творятся очень страшные дела, написал блистательный философский триллер, неожиданный остросюжетный ребус, картину черной человеческой природы, устремленной к прекрасному.

Хосе Карлос Сомоза , Хосе Карлос Сомоса

Фантастика / Детективная фантастика / Фантастика: прочее / Прочие Детективы / Детективы