Читаем Тёмная Исповедь (СИ) полностью

   Дружина подхватывала меня за локти и как можно быстрее волокла меня к чёрному выходу. Где-то на половине пути к выходу, в синем служебном комбинезоне, стоял тот самый парень, та самая, как я думал, небольшая проблема. Он стоял угрюмо посмотрев на меня. Было такое ощущение, что он прямо сейчас достанет пистолет или нож и закончит начатое, у всех на глазах. Я более чем уверен, что ему бы все аплодировали.



   Он стоял смирно и не шевелился. Но его взгляд пожирал меня полностью. Я в свою очередь смотрел на него удивлённо. Он должен был быть давно мёртв, а его личность давно уже стёрта. Видимо Змей предал меня. Этот факт даже не разочаровал меня. Это должно было случиться, и случилось как раз тогда когда я дал слабину. Я бы сделал так же...



   Наш зрительный диалог прервала узкая дверь, в которую меня наконец-то затащили. Затем меня закрыли в лимузине с кучей охранников и мы медленно стали уезжать в направление клуба.



   Пейзаж моего клуба наполнялся белыми простынями которые накрывали трупы. Эвакуатор вытаскивал джип из парадной двери.



  - Они перекрыли вход в клуб влетев на этом джипе прямо в двери, - объяснял мне комиссар.



   Я промолчал на это объяснение. Когда мы припарковались я так же молча вышел и стал идти к входу "Infernum".



   Не смотря на замечание людей вокруг меня я всё равно зашёл в помещение. Это даже и близко не напоминало то дизайнерское произведение искусства, которое я построил. Сгорело абсолютно всё, на полу лежали обугленные скелеты и обгоревшие тела, в зависимости от того, насколько жертва лежала близко к источнику взрыва. Это было просто ужасное зрелище. Я буквально слышал их крики, начиная от грубых криков мужчин, до тонких и звонких криков женщин. Они все кричали... Абсолютно все...



  - Те кто не успели сгореть, задохнулись от дыма, - сказал вдруг комиссар.



   Когда я оглянулся на него, я вдруг понял, что он тут один. Вся его дружина ждала у входа.



  - Это ужасно, - вымолвил я.



  - Среди этих жертв есть Николай. Его банда теперь считает тебя предателем.



   Я удивлённо посмотрел на него, но не возразил.



  - Теперь все тебя считают тебя предателем, - добавил он.



  - Но почему?



  - Ты бросил нас... Ты бросил их, - сказал он и указал на трупы. - Они все надеялись на тебя. На твою защиту. Смешно подумать... Это ведь раньше было самое безопасное место в городе.



  - Я не знал что всё так выйдет.



  - Никто не знал. Иначе кто из нас такое допустил, - сказал он и глубоко вздохнул.



  - А ты? Ты считаешь меня предателем?



  - Нет.



  - Сможешь оказать мне последнюю услугу.



  - Какую?



  - Помоги мне сбежать из страны.



  - Оо, нет, -насмешливо сказал он. - Ты получишь всё по заслугам и сполна. Я лично прослежу чтоб так всё и было.



  - За что ты так со мной?



  - Среди этих трупов моя дочь, Александр. Я не считаю тебя предателем. Я считаю тебя врагом.



  - Мне жаль, - сказал я и направился к выходу.



  - Могу тебя обрадовать только тем, что арестуют тебя завтра утром, - прокричал он мне вслед.



   Вариантов не было. Все настроились против меня. Ну что ж, если они думают что обыграли меня, то пора выпускать козыри из рукавов. Я так или иначе уеду отсюда. И если он не хотел меня выпускать, то придётся прорываться на пролом.



   Я был очень зол и расстроен. Доехав до "Олимпа", я быстро поднялся наверх в свой лофт. Но там мой энтузиазм, сломала та картина которую я увидел в своём лофте. Сейф был раскрыт на распашку и был абсолютно пуст. Не смотря на то, что везде был бордак я всё же заметил, что мой виски был опустошён и газеты лежали не на своём месте.



   Я потянулся к телефону чтобы узнать у секретарши, кто поднимался в мой лофт, но затем я вспомнил Адама и всё срослось. Он меня обокрал. Я уселся на стул. Теперь я окончательно был загнан в угол.





  XX



   Не понятно. Не ясно сколько осталось. Вроде не много, вроде финал. Я не понимал, что я творю. Смотрев на себя в зеркало я не осознавал кто передо мной, но я знал одно, я встал на путь с которого уже не свернуть. Теперь не я решал куда мне идти, теперь сам путь вёл меня в бездну. Границы были сорваны и не смотря на множественные поражения, я практически выиграл. Мне осталось только добить. Сделать последний удар и со спокойной душой... А что дальше? Смогу ли я жить после всего что я сделал, на какие поступки я пошёл. Для меня будто бы и не существовало будущие. Меня не интересовали последствия. Слишком уж я ослеплён целью и опьянён победой.



   Вот она вершина горы на которую я так долго лез. Всё так красиво. Всё так хорошо. Но путь с неё только один... Вниз.



   Я не знал куда как поведёт себя Александр. Он слишком горд для самоубийства, но не настолько чтобы сбежать. Я поджидал его у главного входа его небоскрёба. Ждать пришлось не так долго. Тем же вечером, как я украл его "яблоко" к его "Олимпу" подъехало такси.



  "- Всё таки он решил бежать, - подумал я. - Перехвачу его где то возле аэропорта".



   На моё удивление он поехал не в аэропорт, он стал двигаться к границам города.



  "- Значит решил уйти на колёсах, - думал я, пристально преследуя его на машине. - Собью его где то за городом, так будет тише."



Перейти на страницу:

Похожие книги

Общежитие
Общежитие

"Хроника времён неразумного социализма" – так автор обозначил жанр двух книг "Муравейник Russia". В книгах рассказывается о жизни провинциальной России. Даже московские главы прежде всего о лимитчиках, так и не прижившихся в Москве. Общежитие, барак, движущийся железнодорожный вагон, забегаловка – не только фон, место действия, но и смыслообразующие метафоры неразумно устроенной жизни. В книгах десятки, если не сотни персонажей, и каждый имеет свой характер, своё лицо. Две части хроник – "Общежитие" и "Парус" – два смысловых центра: обывательское болото и движение жизни вопреки всему.Содержит нецензурную брань.

Владимир Макарович Шапко , Владимир Петрович Фролов , Владимир Яковлевич Зазубрин

Драматургия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Советская классическая проза / Самиздат, сетевая литература / Роман
Понедельник - день тяжелый. Вопросов больше нет (сборник)
Понедельник - день тяжелый. Вопросов больше нет (сборник)

В сатирическом романе «Понедельник — день тяжелый» писатель расправляется со своими «героями» (бюрократами, ворами, подхалимами) острым и гневным оружием — сарказмом, иронией, юмором. Он призывает читателей не проходить мимо тех уродств, которые порой еще встречаются в жизни, не быть равнодушными и терпимыми ко всему, что мешает нам строить новое общество. Роман «Вопросов больше нет» — книга о наших современниках, о москвичах, о тех, кого мы ежедневно видим рядом с собой. Писатель показывает, как нетерпимо в наши дни равнодушие к человеческим судьбам и как законом жизни становится забота о каждом человеке. В романе говорится о верной дружбе и любви, которой не страшны никакие испытания.

Аркадий Николаевич Васильев

Проза / Советская классическая проза / Юмор / Сатира / Роман