Благочестивого монастыряГостеприимство радостно вкушая,Я говорю: жизнь прожита большая,Неповторяемая на земле!Все находимое порастерялИ вот, слезами взоры орошая,Я говорю: жизнь прожита большая…Проговорил — и сердцем обомлел:Большая жизнь, но сколького не знал!Мелькают страны, возникают лицаТех, о которых некому молиться,Кто без молитвы жил и постарел…Чем дольше-жизнь, тем явственней сигнал…С кем из безвестных суждено мне слиться?О всех, о ком здесь некому молиться,Я помолюсь теперь в монастыре…
Ночь под 1927 г.
Земное небо
Как царство средь царства, стоит монастырь.Мирские соблазны вдали за оградой.Но как же в ограде — сирени кусты,Что дышат по веснам мирскою отрадой?И как же от взоров не скрыли небес, —Надземных и, значит, земнее земного, —В которые стоит всмотреться тебе,И все человеческим выглядит снова!
1927
На монастырском закате
Если закат в позолоте,Душно в святом терему.Где умерщвленье для плотиВ плоти своей же возьму?Дух воскрыляю свой в небо…Слабые тщетны мольбы:Все, кто вкусили от хлеба,Плоти навеки рабы.Эти цветы, эти птицы,Запахи, неба кайма,Что теплотой золотится,Попросту сводят с ума…Мы и в трудах своих праздны, —Смилуйся и пожалей!Сам ты рассыпал соблазныВ дивной природе своей…Где ж умерщвленье для плотиВ духе несильном найду?Если закат в позолоте —Невыносимо в саду…
1927
Черные, но белые
Белоликие монахини в покрывалах скорбно-черных,Что в телах таите, девушки, духу сильному покорных?И когда порханье запахов в разметавшемся жасмине,Не теряете ли истины в ограждающем Амине?Девушки богоугодные, да святятся ваши жертвы:Вы мечтательны воистину, вы воистину усердны!Но ведь плотью вы оплотены, и накровлены вы кровью, —Как же совладать вы можете и со страстью, и с любовью?Соловьи поют разливные о земном — не о небесном,И о чувстве ночи белые шепчут грешном и прелестном…И холодная черемуха так тепло благоухает,И луна, луна небесная, по-земному так сияет…Как же там, где даже женщины, даже женщины — вновь девы,Безнаказанно вдыхаете ароматы и напевы?Не живые ль вы покойницы? Иль воистину святые? —Черные, благочестивые, белые и молодые!
1927
Все они говорят об одном
С.В. Рахманинову
Соловьи монастырского сада,Как и все на земле соловьи,Говорят, что одна есть отрадаИ что эта отрада — в любви…И цветы монастырского лугаС лаской, свойственной только цветам,Говорят, что одна есть заслуга:Прикоснуться к любимым устам…Монастырского леса озера,Переполненные голубым,Говорят: нет лазурнее взора,Как у тех, кто влюблен и любим…