Читаем ТРИПУРА РАХАСЬЯ полностью

XX.128-133. "Тот, кто, исходя из своего собственного опыта, способен различать уровень других джнани, включая лучших среди них, тот, несомненно, является совершенным мудрецом. Тот, кто не подвержен влиянию ни счастья, ни страдания, ни наслаждения, ни боли, ни желаний, ни сомнений, ни опасений, тот является совершенным мудрецом. Тот, кто осознаёт, что удовольствие, боль и любое другое явление пребывают в высшей Сущности и выходят из неё, тот является совершенным мудрецом. Тот, кто воспринимает себя как пронизывающего всех и вся, как невежественных, так и освобождённых, тот является совершенным мудрецом. Тот, кто, даже зная путы неволи, не ищет высвобождения из них и пребывает в умиротворённости, тот - совершенный мудрец.

"Совершенный среди мудрецов тождественен Мне. Нет абсолютно никакого различия между нами".


Краткое изложение эволюции вселенной и души:


XIX.51-61. "Его запредельное Величество, абсолютное Сознание, будучи законченным и самодостаточным, первоначально проецирует всю вселенную в Своём существе, подобно отражениям в зеркале. Затем Оно принимает личный аспект, называемый Хираньягарбха (Творец, или Зародыш вселенной), и, с учётом предрасположенностей эго, заключённых в Хираньягарбхе, Оно раскрывает священные писания - вместилище возвышенных истин - для исполнения их (т.е. отдельных эго) желаний. Так как зародышевые индивидуумы полны неисполненных желаний, то Хираньягарбха начинает выстраивать планы и способы их осуществления. Она вырабатывает схему причин и следствий, действий и плодов, и, в результате, индивидуумы затем обретают рождения, чтобы вращаться в этом колесе причин и следствий. Они принимают различные формы и помещаются в различное окружение, согласно их предрасположенностям. После прохождения через неисчислимое множество различных [эволюционирующих] воплощений индивидуум, наконец, доходит в своём последовательном развитии - благодаря накапливаемым заслугам - до воплощений в человеческом облике. Поначалу его устремления эгоистичны. Из-за своих всё возрастающих желаний он начинает искать беспрепятственного исполнения своих неуёмных амбиций. Но, постепенно, он начинает обращаться к заповедям, изложенным в священных писаниях, так как неудачи неизбежны всюду, и, в результате, наступает разочарование. Человек начинает искать мудрых советов. Такой совет придёт только от человека, пребывающего в непрерывном блаженстве. Такой мудрец в надлежащее время и должным образом посвятит ищущего в божественное великолепие. Накопленные заслуги и добродетели, укреплённые обществом мудреца и божественной милостью, обусловят его настойчивость в следовании по духовному пути и, шаг за шагом, вознесут его на вершину блаженства.


Предисловие переводчика русского издания


Итихаса (древний эпос) "Трипура Рахасья", наряду с Рамаяной и "Йогой Васиштхи", является одной из трёх самых древних книг человечества, написанных после возникновения письменной фиксации санскрита - алфавита деванагари. Она относится к шактийской, или тантрической, традиции, и, в отличие от других итихас, таких как Рамаяна и Махабхарата, которые достаточно хорошо известны изучающим индийскую культуру и философию, итихаса "Трипура Рахасья" всегда оставалась доступной для изучения очень небольшому кругу лиц. Во втором разделе этого эпоса - Джняна-кханде (разделе о духовной мудрости), все 22 главы которого приводятся в данной публикации - содержатся поучения аватара Даттатреи, поведанные при общении с аватаром Парашурамой; этот диалог был записан Харитхаяной - учеником последнего.

Тантра, как философская система, сформировалась в начале девятого века нашей эры благодаря усилиям Ади Шанкарачарьи, который, кроме того, очистил её от суеверий и шаманизма, осуществив то, что за тысячу лет до него сделал с йогой святой мудрец Патанджали, который, согласно Маркандея пуране, получил знание йоги от Самого Даттатреи и после этого написал свои знаменитые "Йога-сутры". Интересно отметить, что Ади Шанкарачарья также встречался с Даттатреей по меньшей мере один раз - возле Кедарната перед тем, как уйти в махасамадхи. Там находится пещера с джьотир-лингамом, символизирующим это событие. Более позднее оформление тантры как философской системы, а также в ещё большей степени то, что требуемый стартовый уровень развития сознания в тантре гораздо выше, чем в йоге, привело к тому, что тантрические произведения гораздо менее известны и изучаемы.

Несколько историй о Даттатрее упоминаются в Махабхарате и Шримад Бхагаватам. В последней упоминается, что святой мудрец Атри совершал суровую аскезу, чтобы обрести сына с целью обеспечить поддержание мирового порядка через него, и Господь, который пообещал явить Себя, родился как сын Атри, т.е. Даттатрея - "Данный Атри". Также Даттатрея упоминается в Вишну пуране и в Маркандея пуране, в которой содержится краткое биографическое описание Даттатреи. В этом рассказе упоминается следующее.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Манъёсю
Манъёсю

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

Антология , Поэтическая антология

Древневосточная литература / Древние книги
Семь красавиц
Семь красавиц

"Семь красавиц" - четвертая поэма Низами из его бессмертной "Пятерицы" - значительно отличается от других поэм. В нее, наряду с описанием жизни и подвигов древнеиранского царя Бахрама, включены сказочные новеллы, рассказанные семью женами Бахрама -семью царевнами из семи стран света, живущими в семи дворцах, каждый из которых имеет свой цвет, соответствующий определенному дню недели. Символика и фантастические элементы новелл переплетаются с описаниями реальной действительности. Как и в других поэмах, Низами в "Семи красавицах" проповедует идеалы справедливости и добра.Поэма была заказана Низами правителем Мераги Аладдином Курпа-Арсланом (1174-1208). В поэме Низами возвращается к проблеме ответственности правителя за своих подданных. Быть носителем верховной власти, утверждает поэт, не означает проводить приятно время. Неограниченные права даны государю одновременно с его обязанностями по отношению к стране и подданным. Эта идея нашла художественное воплощение в описании жизни и подвигов Бахрама - Гура, его пиров и охот, во вставных новеллах.

Низами Гянджеви , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги