Читаем Цветы незабываемые (сборник) полностью

– Тебе сыновей не жалко? Они должны отпуск на погреб тратить? А отдохнут когда? – Анна была на себя не похожа от возмущения. – Я своих детей жалею. Думаешь, они без нас не устают?

– Что-то я понять тебя, Аннушка, не могу. То говоришь, что погреб новый нужен, то о жалости к детям… Конечно, яму вырыть я, наверное, сама смогу… Но остальное?

– Пусть подсохнет малость! Недельки через две доставлю я тебе работника!

Зоя Павловна ещё не остыла, но заинтересовалась:

– Кто такой? А платить сколько? Ты, Аня, знай, я ведь всю разницу от купли-продажи детям отдала. Не забирать же обратно!

Соседка подошла к окну, посмотрела в него, потом опять присела на стул. Каким-то виноватым тоном продолжила:

– Дёшево тебе всё обойдётся! Водки прикупи в запас. Мужик этот водкой берёт: бутылка в день!

– Если он пьяница, что сделать сумеет? – Зоя недоверчиво посмотрела на собеседницу. Потом достала фен, расчёску.

– Не волнуйся, когда он работает – не пьёт! Вечерами навёрстывает только! Имя я его не знаю, да и никто не знает! Кличка Электроник… Бомж из города. Прибился! Уже почти три года в посёлке. Рукастый! Много чего умеет! Его даже участковый наш не беспокоит. Вроде помогает документы выправить…

– А где он живёт-то? Ночует же где-то.

– Живёт у озера – на том берегу. Там когда-то насосная была – будка осталась… Он её кое-как утеплил, печурку сложил. Там и обитает!

– А возраст какой? Мужчина молодой или старый?

Аннушка засмеялась! А Зоя стала феном укладывать волосы.

– А кто знает? Может, лет 60. А может, 40… Зоя, а ты куда собираешься? В город поедешь?

– Никуда не поеду. Во дворе работы полно. Глажка ждёт… С чего ты про город спрашиваешь, Аннушка?

– Так ты феном жужжишь зачем? Волосы у тебя сухие.

Зоя Павловна улыбнулась в ответ. Потом пожужжала минут пять. Уложила волосы.

– Знаешь, соседка, возраст обязывает растрёпой не ходить! Это молодость всегда красива, а старость нуждается в уходе и украшательстве!

Анна втянула голову в плечи, боком-боком стала пятиться к двери.

– Ну надо же! Совсем память потеряла! Я ведь тесто затеяла с утра на пирожки. Побегу!

Зоя Павловна понимающе улыбнулась.

– Аня! Приходи вечером – вместе волосы покрасим! У меня краска есть, как раз на двоих! А то у тебя голова вся седая!

– Да не знаю даже… Муж ещё заподозрит чего! Потом когда-нибудь!

Уже с улицы Анна стукнула в окно и крикнула:

– Часиков в шесть приду! Уговорила!

Через неделю привела Аннушка работника.

– Вот, Электроник, знакомься с хозяйкой и объектом!

Зоя недоверчиво разглядывала мужчину… Невысокий, хлипкий, нервные руки ходуном ходили. Рыжие, а точнее, пегие какие-то кудри давно не видели не только ножниц, но и расчёски с водой! Зубы отсутствовали наполовину, а щёки впали от нехватки зубов или от недоедания?

Электроник заговорил, когда втроём стояли у обвалившегося погреба:

– Ладно, тётеньки! Завтра начну! Сегодня ещё не лечился, да и настроение не то: кошка ночь орала-рожала, так я не спал почти. Да и молока для кошки надо раздобыть…

Зоя Павловна узнала по голосу того рыбака.

– Так это ты, племянничек? Сейчас я тебе таких тётенек покажу!

Электроника будто ветром сдуло! Потом из обвалившегося погреба, куда он, пятясь, рухнул, послышался голос:

– Ой, девочки! Не вздумайте сюда подходить! Здесь всё «дышит»! Засыплет меня заживо – вам же отвечать!

– А-а-а… Сразу девочками стали? Пока не извинишься – там и сиди! Я сейчас лопату принесу, чтобы труп твой закопать. Не сомневайся, так закопаю, что его никогда не найдут!

Зоя Павловна уже не могла сдерживаться – хохотала до слёз! Аннушка, отсмеявшись, добавила:

– А какой прыткий! И когда успел в погреб прыгнуть? Вытаскивать придётся теперь!

Позже она сходила за мужем. Электроник цепко ухватился за брошенные ему вожжи. Вытянули-спасли его от завала! Благодарный, он долго и серьёзно просил прощения. Зоя Павловна спросила:

– Зовут тебя как?

– Электроник.

– Ну и дурак!

За одиннадцать дней объект был построен!..

Каждое утро умелец приходил на работу. Вручную вырыл яму, закидал землёй старый погреб. Все перекрытия, люк, полки, отсеки делал своими руками. Доски, брёвна, всякая мелочь нашлись в сараюшке – остались от прежних жильцов. Хозяйка часто наблюдала за работой Электроника, но делала это незаметно. Видела, как аккуратно и старательно он трудился! Аннушке не раз говорила:

– И где всему научился? По-моему, хороший он человек! Спасибо тебе, Аннушка, за такого работника!

Соседка, помолодевшая лет на десять после окраски волос, была тоже довольна, что смогла помочь новой подруге.

В субботу объект был полностью готов. Сначала женщины всё осмотрели, потом Аннушкин муж хотел придраться, да оказалось, что не к чему! Зоя протянула работнику очередную, теперь уже последнюю, бутылку водки и пакет с пирожками. Только их он принимал на закуску.

– Сегодня баня. Может, сходишь? Я уже натопила! Подожди полчасика, я первая схожу, пока не жарко. Посиди-покури!

– Неэ-э-э… Я не пойду. Спасибо, конечно!

Хозяйка уже намылась, высушила-уложила волосы, включила телевизор, когда кто-то позвал с улицы:

– Зоя Павловна! Можно вас?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Раковый корпус
Раковый корпус

В третьем томе 30-томного Собрания сочинений печатается повесть «Раковый корпус». Сосланный «навечно» в казахский аул после отбытия 8-летнего заключения, больной раком Солженицын получает разрешение пройти курс лечения в онкологическом диспансере Ташкента. Там, летом 1954 года, и задумана повесть. Замысел лежал без движения почти 10 лет. Начав писать в 1963 году, автор вплотную работал над повестью с осени 1965 до осени 1967 года. Попытки «Нового мира» Твардовского напечатать «Раковый корпус» были твердо пресечены властями, но текст распространился в Самиздате и в 1968 году был опубликован по-русски за границей. Переведен практически на все европейские языки и на ряд азиатских. На родине впервые напечатан в 1990.В основе повести – личный опыт и наблюдения автора. Больные «ракового корпуса» – люди со всех концов огромной страны, изо всех социальных слоев. Читатель становится свидетелем борения с болезнью, попыток осмысления жизни и смерти; с волнением следит за робкой сменой общественной обстановки после смерти Сталина, когда страна будто начала обретать сознание после страшной болезни. В героях повести, населяющих одну больничную палату, воплощены боль и надежды России.

Александр Исаевич Солженицын

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХX века
Шаг влево, шаг вправо
Шаг влево, шаг вправо

Много лет назад бывший следователь Степанов совершил должностное преступление. Добрый поступок, когда он из жалости выгородил беременную соучастницу грабителей в деле о краже раритетов из музея, сейчас «аукнулся» бедой. Двадцать лет пролежали в тайнике у следователя старинные песочные часы и золотой футляр для молитвослова, полученные им в качестве «моральной компенсации» за беспокойство, и вот – сейф взломан, ценности бесследно исчезли… Приглашенная Степановым частный детектив Татьяна Иванова обнаруживает на одном из сайтов в Интернете объявление: некто предлагает купить старинный футляр для молитвенника. Кто же похитил музейные экспонаты из тайника – это и предстоит выяснить Татьяне Ивановой. И, конечно, желательно обнаружить и сами ценности, при этом таким образом, чтобы не пострадала репутация старого следователя…

Марина Серова , Марина С. Серова

Детективы / Проза / Рассказ