Элис нерешительно кивнула, тщетно пытаясь уловить ход мыслей Джо.
— Да, помню. Мы тогда решили, что лучше свозить детей в Нассо.
— И вот теперь Джон очень интересуется Швейцарией, так? — прищурившись, закончил Джо и слегка пошатнулся.
— Я, во всяком случае, об этом ничего не знаю. Он мне никогда ничего такого не говорил.
— Ну, может быть, не Швейцарией, а Италией. Может быть, его интересует Сицилия, а?
— Я тебя не понимаю...
Кардоун, поднявшись с дивана, сильно качнулся, но устоял на ногах.
— Ведь мы с вами не такие уж разные люди, так? Я хочу сказать, что все то, что мы сейчас имеем, нам никто не подносил на блюдечке. Мы заработали это своим горбом, ползая каждый в своей грязи...
— По-моему, это оскорбление.
— Прости. Я не хотел никого обидеть. Я хочу быть честным, а для этого надо вернуться к началу... к самым истокам.
— Ты пьян.
— Разумеется. Я пьян и расстроен. Сочетание не самое удачное... Поговори с Джоном. Скажи ему, что мы могли бы встретиться с ним завтра или послезавтра. Скажи ему, чтобы он не беспокоился насчет Швейцарии или Италии, ладно? Скажи ему, что, как бы там все ни повернулось, я чист, и что я уважаю тех, кто вкалывает, и что я никому не приношу вреда... Скажи, что я заплачу.
Кардоун неуклюже шагнул к Элис, взял ее левую руку, несмотря на сопротивление, поднес к губам и, закрыв глаза, благоговейно поцеловал. Элис и раньше доводилось бывать свидетельницей таких сцен. Она с детства помнила, как фанатичные почитатели ее отца делали то же самое. Затем Джо повернулся и, пошатываясь, вышел в коридор.
Элис вдруг почувствовала, что за ней наблюдают. Она обернулась и похолодела. На лужайке футах в шести от окна стояла Бетти Кардоун в белом купальнике, освещенная сине-зеленым светом фонарей у бассейна.
Элис поняла, что Бетти видела все, что произошло между ней и Джо. Жена Кардоуна пристально смотрела на Эли, и ее взгляд был жестким и враждебным.
Звонкий голос молодого Синатры наполнял теплый ночной воздух. Четыре супружеские пары сидели у бассейна. Время от времени кто-нибудь из них всякий раз поодиночке прыгал в воду и лениво проплывал бассейн из конца в конец.
Женщины беседовали о школе и о детях, но, как отметил для себя Джон, мужчины на другой стороне бассейна горячо обсуждали политические и экономические проблемы. Таннер сидел у небольшого трамплина рядом с Джо. Он никогда не видел Кардоуна таким пьяным — картина была не из приятных. Если собравшиеся вокруг бассейна люди действительно составляли агентурную сеть «Омеги», Джо, несомненно, был самым слабым ее звеном. Он сдался бы первым.
Краткие споры разгорались и утихали. Когда голос Джо перекрыл остальные, Бетти мгновенно отреагировала.
— Муж мой, — спокойно произнесла она, — ты пьян. Следи за собой.
— Джо в полном порядке, Бетти, — сказал Берни, хлопая Джо по колену. — Сегодня в Нью-Йорке была страшная жара...
— Ты тоже был в Нью-Йорке, Берни? — Джинни Тримейн опустила в воду длинные ноги. — Неужели там еще жарче, чем здесь?
— Конечно, дорогая, — опередив Остермана, ответил жене Дик Тримейн. — Там настоящее пекло.
От Таннера не укрылось, что Тримейн и Остерман обменялись быстрыми взглядами. Таннер понял, что их молчаливый разговор касался Кардоуна, но, очевидно, они не хотели, чтобы Джон это заметил. Затем Тримейн встал и спросил, не хочет ли кто-нибудь выпить. Утвердительно ответил только Джо.
— Сейчас я принесу. — Таннер сделал попытку подняться.
— Сиди, — остановил его Дик. — Смотри за футболистом. Мне все равно нужно звонить дочери. Мы велели ей быть дома к часу. Сейчас уже почти два. Как говорится, доверяй, но проверяй.
— Какой суровый отец, — улыбнулась Лейла.
— Только поэтому я еще не дедушка. — Тримейн поднялся и через лужайку направился к дому.
Несколько секунд все молчали. Затем женщины продолжили прерванную беседу, а Берни прыгнул в бассейн.
Джо Кардоун молчал.
Минут через пять из дома показался Дик с двумя стаканами в руках.
— Джинни, слышишь? Мне досталось от Пег за то, что я разбудил ее. Что ты об этом думаешь?
— Я думаю, что ей надоел ее кавалер, вот и все. Тримейн подошел к Кардоуну и подал ему стакан.
— Держи, защитник. Джо замотал головой.
— Я, черт возьми, играл в полузащите. Я бегал вокруг вашего чертова Леви Джексона на «Кубке Йеля»!
— Точно. Я разговаривал с Джексоном. Он "говорит, что тебя всегда можно было нейтрализовать. Стоило разок крикнуть «томатный соус», как ты сразу уходил к боковой.
— Очень смешно! Я убью эту черную обезьяну!
— Он о тебе тоже всегда хорошо отзывается, — усмехнулся Берни с другой стороны бассейна.
— А я хорошо отзываюсь о тебе, Берни! И о нашем большом Дике. — Кардоун, шатаясь, поднялся на ноги. — Я обо всех вас хорошо отзываюсь.
— Эй, Джо... — Таннер тоже поднялся.
— В самом деле, Джо, лучше сядь, — подала голос Бетти. — Иначе ты свалишься в воду.
— Да Винчи! — Голос Кардоуна гулко разнесся в темноте. — Да Винчи!.. — снова крикнул он, на этот раз протяжно.
— А это что еще значит? — удивленно спросил Тримейн.
— Ты сам мне лучше скажи! — прогремел Кардоун. Над бассейном повисла тишина.
— Он сошел с ума, — наконец вымолвила Лейла.