Благодаря приставленному к нам человеку, регистрацию на ближайший рейс через океан удалось пройти без проблем: нам попытались намекнуть, что могут быть проблемы с визой, но я только отмахнулся. Уйти телепортами из аэропорта - это совсем не то же самое, что прорываться через мигом заподозривших начало новой войны военных, на это я пойти готов. Кстати, интересно, как скоро Эмму идентифицируют, соотнесут наверняка имеющиеся агентурные сведения о Михаиле и точку нашего назначения и догадаются о цели нашего путешествия? Пожалуй, можно было спокойно лететь и из Москвы. Хотя отсюда, в любом случае, будет быстрее. Да и пока мы находимся на контролируемых государствами территориях, до международных скандалов лучше будет постараться не доводить.
Одиннадцать часов в бизнес-классе пролетели незаметно, а я даже успел вздремнуть и сделать пару открытий. Оказывается, ноги можно вытянуть не только сидя в десантном отсеке самолета, но и на обычных пассажирских сидениях. А еще нас довольно вкусно накормили. Может, конечно, дело в том, с чем сравнивать. И тут мне похвастаться нечем, ведь кулинарные таланты всей нашей компании очень далеки от идеала. Единственные, на кого надежда, это новые хранители башни, которых выпустили Элулу с Эльфи прямо перед нашим отъездом: очень надеюсь, что они смогут освоить земную кухню, и мы перейдем из режима выживания в режим питания.
До прилета оставался еще час, когда подошла Настя, растолкала сопевшего в соседнем кресле Арамиса и заняла его место.
- Надо поговорить, - чувствую, разговор намечается серьезный.
- Я всегда готов поговорить со своим миньоном, - и кто меня за язык тащит? Она дернулась, как от удара, и, было видно, с трудом удержала себя от резкого ответа.
- Можешь сколько угодно пытаться уходить от разговора, - а вот и ответный удар, и нельзя сказать, что он не попал в цель, - но мне нужен ответ. Почему ты мне помогаешь? Я долго думала обо всем этом, но мне нужно услышать это от тебя.
- Не знаю, как сформулировать до конца, но попробую. Однажды я умер, чтобы защитить тебя, и с тех пор ты стала для меня символом. Символом жизни, а не смерти. И, помогая тебе, я чувствую, что живу, - что я несу? Это, конечно, могло бы быть и правдой, но я-то знаю, что нет.
- И все? – только пожимаю плечами в ответ. Какое-то время Настя пристально всматривалась мне в лицо, потом вспыхнула, вскочила, но тут же опять взяла себя в руки и села обратно.
- Все нормально? – чувствую себя последней сволочью: со мной просто хотели открыто поговорить, а я испугался и спрятался за маской непонимания.
- Прости меня, - активирую навык мыслеречи и пытаюсь «подумать» в сторону Насти, та сначала оглядывается, потом смотрит на меня: губы еле-еле поднимаются вверх, а из глаз пропадает холод. Все нормально, меня простили, и даже думать не хочу за что. Так проще.
А потом был заход на посадку, приземление, озлобленные лица таможенников. Видимо, мы не первые, кто предпочитает с ними не встречаться, а уходит сразу же стихийными телепортами. Теперь стоило бы ждать в гости правительственные силы быстрого реагирования, но у меня все продумано. Карты убираются, все собираются поближе, чтобы попасть в поле действия амулета, экранирующего нашу силу. Теперь будет достаточно отойти в сторону, и выследить нас станет на порядок сложнее, а уж допускать ошибки и помогать местным сделать это мы точно не собираемся. Во время полета успел покопаться в сети и выяснил, что на восточной окраине так и не отстроенного до конца Лос-Анджелеса, есть крупный центр по прокату багги. Деньги у нас есть, так что арендуем несколько и вперед. Доедем максимум часа за два, зато гарантированно не привезем на хвосте никого, кто не вовремя может попытаться вмешаться в нашу заварушку. А если повезет, то служба безопасности Михаила (уверен, она у него есть) может принять нас за случайных туристов, и тогда мы, вообще, сможем беспрепятственно подобраться к ним вплотную.
Оставляя за спиной медленно опадающее пылевое облако, мы удалялись вглубь континента. Бросаю взгляд назад, и вот она панорама когда-то одного из самых желанных городов на Земле. Старые разрушенные кварталы – тут, видно, прошлись элементальные карты, часть территории просто заросла буйной и наверняка опасной растительностью – это уже природные карты постарались. А другая часть города уже вернулась к жизни и теперь спешно покрывается серыми панельными многоэтажками. Здесь будут жить люди, которые окончательно восстановят город. А ведь как символично: с одной стороны яркие краски разрушения, с другой - тусклая повседневность. Интересно, а как бы я жил, если бы не появились карты?