— Ну, я так и поняла, — отвечает Даша, заваривая себе очередную порцию кофе.
— Но знаете что? — спрашиваю я, не смотря на них. — Мне это всё очень неприятно. И я ещё отыграюсь на вас.
— Да мы и не сомневались, — говорит Лиза. — Так, я подремлю пару часов. Вы делайте что хотите.
— Я тоже, — поддерживает её Даша. — Марго, будь зайкой, не шуми, пожалуйста.
— Да пожалуйста, — отвечаю я, — спите. Я пойду на пляж. Телефон со мной. Как проснётесь, наберите.
— Угу, как скажешь, — говорит Даша уже из своей комнаты.
Я иду к себе, нахожу шорты в чемодане, они, конечно, не пляжные, а классические, но сойдут, белую майку, беру очки, телефон, сигареты, наличность и выхожу из номера.
Сейчас мне лучше держаться от них подальше. Несмотря на то, что подруги затащили меня на юг Испании, они ведь не спали всю ночь и вели машину. Толку от них никакого, даже мои крики бесполезны. Пляж — лучшее решение. Тем более на улице очень солнечно и тепло. Пройдя совсем немного в сторону берега, я оказываюсь на очень широком для этих мест пляже. Неподалёку расположилось летнее кафе, в котором я тут же заказываю белого вина со льдом. Кофе уже явно будет бесполезным, а вот небольшая доза алкоголя под палящим солнцем — прекрасная анестезия, если ты проснулась совсем не там, где рассчитывала.
Растянувшись на лежаке с бокалом в руке, я отложила телефон и уставилась в бесконечный горизонт Средиземного моря. Как же я совсем недавно мечтала лежать так, безо всяких забот, уставившись на морской пейзаж, попивая коктейль или вино, располагая длительным отпуском, и при полном отсутствии проблем. Вот только лежать-то я лежу, но проблемы лишь прибавляются. Несмотря на то что я по легенде в больнице в Питере, на мою почту пачками сыплются рабочие мейлы и несколько раз были пропущенные звонки от руководства. Я лишь отвечаю эсэмэсками, что не могу в данный момент говорить. Но отчётливо понимаю, что если не хочу потерять работу, то должна вернуться через пару дней в Москву. И жизнь покатится привычной чередой. А эти предательницы отобрали у меня один день, чтобы встретиться с этой так называемой «подругой». Ладно, за всё приходится платить.
Прогнав ещё с десяток мыслей на тему, что мне вроде как и грех жаловаться, я решаю написать Кириллу. Очень хочется сейчас услышать его голос. Ещё лучше, конечно, было бы увидеть его воочию, но что поделаешь.
Проходит не больше минуты, как на экране телефона высвечивается звонок от неизвестного абонента, я понимаю, что это Кирилл, и отвечаю:
— Привет. Я тебя не отвлекла?
— Нет, что ты. Вы доехали?
— Да, доехали. Правда, не туда, — отвечаю я.
— Ммм, а где ты?
— На юге Испании. Знаешь такое место — Марбелья?
— Ого! Как вас туда занесло? Конечно, знаю. У меня там дом недалеко есть.
— Серьёзно? М-да, боже упаси меня спрашивать, кто ты такой на самом деле.
— Это не так уж и важно. Поверь мне. А как же Португалия?
— Да я даже не знаю, как тебе и объяснить. Честно. Я хочу, но не знаю, с чего начать.
— Ну, ты постарайся. — В его голосе я чувствую сильное беспокойство.
— Ты не переживай. Ничего плохого. Просто после Мадрида машину вели девчонки. Я спала. А в Марбелье у нас есть одна наша общая знакомая, которую я, мягко говоря, не хочу видеть. Так, призрак из прошлого. А они её захотели навестить. Теперь мы тут застряли как минимум до завтра.
— Да уж. Тебя, считай, похитили.
— Вот именно! Я им то же самое сказала! А для них вроде как всё в порядке вещей.
— Хочешь… — он берёт небольшую паузу, — я прилечу. К тебе. Часа через четыре буду.
— Нет, что ты? — Я чуть не поперхнулась. — Всё нормально. Просто не ожидала, что сделаем такой крюк.
— Ну, смотри сама.
По-моему, он немного обиделся.
— Нет, подожди. Я тебя хочу видеть, но просто всё равно завтра мы сто процентов поедем в Португалию. А сегодня я, скажем так, расплачиваюсь за то, что они хоть и добровольно, но всё-таки по моей вине покинули свои насиженные гнёздышки. Лучше скажи, что ты делаешь?
— Мы с Жаком на виноградниках сейчас. Он всё донимает меня, что со мной.
— А что с тобой?
— Даже не знаю, как это на человеческом языке…
Я словно слышу его улыбку в голосе.
— Всё словно потеряло для меня привычное значение. Нет, это не депрессия. Наоборот, хочется петь, плясать, придумывать новые сорта вина и всё такое. Просто как будто красок добавили. Хотя думаю, Жак понимает, в чём дело. Рит…
— Да.
— Я скучаю.
— Я тоже.
Чёрт, а ведь это правда. Да, скучаю. И это та, которая всего несколько дней назад чуть не лишилась рассудка, узнав об измене любимого на тот момент человека.
— Тебе тоже это кажется?
— Что? — спрашиваю я.
— Словно ты на первом курсе института. Не знаешь, как правильно себя вести, и боишься сделать ошибку, но в то же время ставишь всё на кон.
— Я даже как-то не думала об этом. Просто ты мне нравишься. И очень хочется узнать тебя поближе. И подольше побыть с тобой.
— Насколько подольше?
— А этого никто не знает. — Я смеюсь, вспоминаю его запах, и по телу пробегают мурашки.