Читаем Вчера никогда не станет завтра полностью

– Только с девчонками и умеешь справляться?

Джон настойчиво пытался привлечь к себе внимание.

«Пятеро на одного… Не быть мне супергероем»

Кашалот отвлекся и не заметил, как Моли прикусила руку, которая зажимала ей рот, и как только освободилась, врезала ногой главарю между ног. Он скривился от боли.

– Ах, ты дрянь!

Моли дернулась к выходу, но ее схватили за руку. Все произошло слишком быстро. Джон не успел ничего сказать, как раздался всплеск. Крик Моли разлетелся эхом.

– Знай свое место! А теперь вернемся к тебе!

Ухмылка Кашалота росла пропорционально страху Джона. Не из-за драки, которая намечалась, а из-за осуждения в глазах матери. Новый костюм должен был оставаться таковым хотя бы месяц, но никак не один день. Этого она не простит. Кашалот уже несся на свою жертву, будто локомотив поезда, печь которого под завязку засыпали углем.

«Сейчас или никогда»

– Смотрите, – вдруг крикнул здоровяк, которому прикусили руку.

Он указывал пальцем на тело. Моли перестала барахтаться и просто тонула.

– Черт. Кто ж знал, что она не умеет плавать?!

Губы Кашалота побледнели, когда слова вылетали из уст. Он подошел к Джону и врезал тому под дых, заставив сложиться вдвое.

– Скажешь кому, убью, – шепнул он на ухо.

Пока Джон пытался прийти в себя, банда сверкала пятками в сторону выхода.

«Это не может быть правдой. Не сегодня. Не сейчас»

Джона трясло, как от удара электрическим током. Тишина в бассейне угнетала. Хотелось кричать. Джон должен был попытаться что-то сделать и сам не заметил, как прыгнул в воду. Моли казалась фарфоровой куклой. Глаза ее были закрыты, а губы синее лепестков фиалки. Джон схватил ее за талию и поднял на поверхность, как можно быстрее приближаясь к бортику. С трудом удалось вытащить Моли на цветастую плитку. Она не дышала. Джон начал паниковать. Ему пришлось взять всю волю в кулак, чтобы вспомнить, что делать в таких случаях.

«Шесть нажатий. Три вдоха. Шесть нажатий. Три вдоха. А все ли я делаю так?»

Грудь Моли вздымалась, когда Джон зажимал ей нос и наполнял рот собственным воздухом. Он продолжал, а девушка все лежала с задратой юбкой и в белой футболке, которая прилипла к телу. Ничего не менялось, только у Джона звенело в ушах. Он делал все что мог, но этого было недостаточно.

– Живи! Черт возьми!

С этими словами не удалось рассчитать силу. Джон слишком сильно ударил девушке в грудь. Кашель рассек воздух. Шумный крик сторожа быстро приближался.

– Если Дейв взялся за старое, то надеру ему уши публично! Хоть одна запись на стене и уже ни какие деньги отца ему не помогут.

Мужчина с маленькими усиками и короткой стрижкой увидел, как банда Кашалота выбежала из корпуса. Сторож винил себя, что забыл закрыть дверь. В голову Джона не пришло ничего умнее, кроме как бежать, чтобы с ним не встретиться. Джон удостоверился, что Моли жива, и, схватив вещи, метнулся к складскому помещению. Джон не знал, поняла ли девчонка, что произошло, и видела ли она его спину. Он испугался. Во всем могли обвинить его. Об уроках не могло быть речи, когда насквозь мокрый костюм, а руки дрожат, будто долгое время сидел на запрещенных препаратах.

Джон выкинул кеды и рюкзак через окно, после чего вылез сам, стараясь успокоить сердце. Пульс в висках был словно барабанная дробь, пока спина не прижалась к стенке. Джон почувствовал опору и съехал вниз. От страха колотило даже пятки. Он еще не знал, что на дне бассейна остался сверток. Бумага разлезлась, освобождая маленькую машинку. Кабриолет с сизыми боками, который приснился ему во сне. Реальность оказалась страшнее кошмара. Джон натянул обувь и поплелся прочь от школы. Благо начались занятия, и никто на него не смотрел. Одежда противно прилипала к телу, а ветер продувал до костей. Джон не надеялся, что его дома поймут, но идти ему все равно было некуда.

<p>Глава 2. Находка</p>

– Где все? Почему никто не встречает кормильца семьи?!

Бенет еле держался на ногах, когда жена выглянула из кухни. Джон тем временем сидел в толстовке за столом перед куском торта, положа голову на руки. Он спиной чувствовал движение воздуха. Два шарика были привязаны к стулу и колыхались как два балванчика, ударяясь друг об друга. После дневной выходки, конечно, не о каком празднике не могло быть и речи. Материнское сердце сжалилось, но лишь отчасти. Торт она уже начала готовить, когда Джон ввалился в дом в мокром виде раньше положенного. Получив четкие инструкции по поводу компьютера и футбола, о которых не могло быть и речи, ему пришлось пройти в комнату и просидеть в ней до вечера. До тех самых пор, пока напряжение воздуха разрядится, и можно будет начать переговоры, а не получить пушечный залп. Конечно, мама была в бешенстве.

Перейти на страницу:

Похожие книги