Читаем Вера в свободу. Практики психиатрии и принципы либертарианства полностью

Вера в свободу. Практики психиатрии и принципы либертарианства

«Мое святая святых — это... свобода от силы и лжи, в чем бы последние две ни выражались». Этими словами Чехова из письма к издателю профессор Томас Сас предварил предисловие к изданию русского перевода своего фундаментального труда — «Миф душевной болезни». «Вера в свободу: практики психиатрии и принципы либертарианства», написанная спустя 43 года, представляет наиболее глубокое рассмотрение Томасом Сасом угроз личной свободе, порождаемых слиянием психиатрии и государства. Почему и как лучшие умы Запада, размышлявшие о политической и экономической свободе, теряют присутствие духа перед психиатрической покровительственной риторикой? Ответы на этот вопрос — на примерах от классиков либерализма до создателей австрийской школы экономики и ведущих либертарианцев современности — вооружают обычного человека фундаментальным пониманием проблем повседневного существования, которое, строго говоря, читатель вряд ли отыщет где-либо еще. Помимо широкого читателя, книга будет полезна врачам, юристам, и всем, кто интересуется как проблемами экономики и психиатрии, так и понятиями свободы и ответственности.

Томас Сас

Политика18+

Вера в свободу

Практики психиатрии и принципы либертарианства

Наша вера в свободу опирается не на предсказуемые в конкретных обстоятельствах результаты, а на веру в то, что в итоге она высвободит больше сил в пользу блага, чем в пользу зла… Свобода, дарованная только если заранее известно, что ее результаты будут полезны, — это не свобода.

Фридрих Хайек (1899‒1992), «Конституция свободы»1

Предисловие

Случается, что люди глубоко и искренне веруют в правильность определенных идей и практик, влекущих за собой далеко идущие экономические, нравственные и политические последствия, в то время как другие люди столь же глубоко и искренне полагают эти идеи и практики ошибочными. Рабство (владение людьми как имуществом) очень долго было такой идеей. Сегодня такая идея — психиатрическое рабство.

«Я Господь Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства» (Исход, 20: 2). Так звучит первая заповедь. Отметим, что Бог не сообщает: «Я Господь Бог твой, который упразднил рабство для всего рода человеческого». Напротив, Ветхий Завет признает рабство в качестве общественного установления и, не осуждая его, утверждает его правомерность: «А чтобы раб твой и рабыня твоя были у тебя, то покупайте себе раба и рабыню у народов, которые вокруг вас» (Левит, 25: 40).

На протяжении тысячелетий рабство представляло собой общепринятые отношения между людьми: обязанностью раба было служить хозяину, обязанностью хозяина — заботиться о рабе. Аболиционистам предстояло увидеть этот образ рабства как защиты раба, подкрепленной такими нравственными основаниями этого почитаемого обществом установления, как милосердие, забота и безопасность, и преодолеть его. Аболиционисты не утверждали, что упразднение рабства удовлетворит нужды рабов лучше, чем рабство. Вместо этого они настаивали на том, что личная свобода — всеобщая нравственная ценность, которая делает недобровольное порабощение, вне зависимости от его действительных или предполагаемых благ, аморальным и противоправным. Ответом аболиционистов на оскорбление человека недобровольным порабощением было упразднение, а не реформа рабства.

Сегодня психиатрическое рабство, т.е. принудительный контроль пациента психиатром, повсеместно признают неотъемлемой частью правомерной медицинской практики и цивилизованной общественной жизни. На протяжении пятидесяти лет я утверждал, что такой взгляд медицински не обоснован и нравственно неприемлем2. Вместо повторения собственных доводов против подчинения психиатрических пациентов психиатрам я процитирую размышления Джона Стюарта Милля о препятствиях, с которыми он столкнулся, выступив против освященного традицией подчинения женщин мужчинам. В 1869 году в книге «Порабощение женщин» он написал:

До тех пор пока мнение глубоко укоренено в чувствах… чем менее оно оказывается состоятельным перед доводами разума, тем более сторонники убеждаются, что, стало быть, их чувство имеет очень глубокое основание, если даже аргументация не может поколебать его. И до тех пор пока это чувство сохранит в себе хоть каплю живучести, до тех пор оно постоянно будет возводить новые окопы и прятаться за новыми траншеями, прикрывающими уже сделанные бреши… Пока рассудок большинства человечества не будет настолько развит, чтобы верить в свою способность производить самостоятельную оценку аргументов, едва ли можно требовать от людей, чтобы они поступались практическими принципами, в которых рождены и выросли и в которых заключается весь общественный строй, если даже они и не в силах логически защитить их3.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Путин навсегда. Кому это надо и к чему приведет?
Путин навсегда. Кому это надо и к чему приведет?

Журналист-международник Владимир Большаков хорошо известен ставшими популярными в широкой читательской среде книгами "Бунт в тупике", "Бизнес на правах человека", "Над пропастью во лжи", "Анти-выборы-2012", "Зачем России Марин Лe Пен" и др.В своей новой книге он рассматривает едва ли не самую актуальную для сегодняшней России тему: кому выгодно, чтобы В. В. Путин стал пожизненным президентом. Сегодняшняя "безальтернативность Путина" — результат тщательных и последовательных российских и зарубежных политтехнологий. Автор анализирует, какие политические и экономические силы стоят за этим, приводит цифры и факты, позволяющие дать четкий ответ на вопрос: что будет с Россией, если требование "Путин навсегда" воплотится в жизнь. Русский народ, утверждает он, готов признать легитимным только то государство, которое на первое место ставит интересы граждан России, а не обогащение высшей бюрократии и кучки олигархов и нуворишей.

Владимир Викторович Большаков

Публицистика / Политика / Образование и наука / Документальное