Читаем Верни мне музыку. Воспоминания современников полностью

Один из пленумов Союза композиторов СССР запомнился тем, что на нем «провалили» «Вторую симфонию» Джона Тер-Татевосяна и «Скрипичную сонату» Арно. Арам Ильич Хачатурян был в связи с этим не столько расстроен, сколько обескуражен – вероятно, потому, что «Соната» показалась ему очень уж «нетрадиционной». В узком кругу музыкантов Хачатурян, в частности, по поводу сочинения Арно говорил ему, что тот «ушел в другую сторону», но от волнения так и не объяснил, что под этим следует понимать. Зато, помнится, Дмитрий Дмитриевич Шостакович сразу же, на концерте, поздравил Арно, а позже даже позвонил ему с просьбой получить ноты для близкого знакомства с музыкой. Хочу добрым словом помянуть скрипача Акопа Вартаняна. «Скрипичная соната» Арно сочинялась при его активном участии. И уже позже, на фестивале в Ереване, своим прекрасным исполнением Вартанян как бы реабилитировал эту музыку.

В разные годы мы вместе с Арно принимали участие в концертах современной советской армянской музыки за рубежом, например во Франции – в Лионе, Романе и Марселе. Художественный успех таких «специализированных» вечеров был лучшей пропагандой нашей отечественной музыкальной культуры. Но парадная часть подобных фестивалей нередко скрывала неожиданные трудности, с которыми было связано то или иное выступление. Так, перед одним камерным концертом мы обнаружили, что у рояля повреждена педаль. Не помню, в чем, собственно, состояла поломка, но выход из положения был – и в это я прошу просто поверить – один: кто-то из нас двоих сидит под роялем и, согласно тут же придуманному нами коду, двигает вручную деталь этого механизма. Само собой, рояль так задрапировали, что из зала был виден только автор исполняемой музыки…

Так уж случилось однажды, что все первое отделение концерта мне пришлось исполнять собственные сочинения. И знаете, что совершенно неожиданно для меня сделал Арно? Находился все это время за кулисами и мимикой, и руками «хвалил» меня и как бы вдохновлял. В самом деле, целиком «мое» отделение не планировалось, и такая поддержка друга оказалась очень кстати.

На одном из наших концертов во Франции (Марсель, 1978) исполняются сочинения А. И. Хачатуряна, Арно и мои. Вечер завершается «Героической балладой», овациям нет конца, Арно не отпускают со сцены, и начинается еще мини-концерт: звучат… Рахманинов и Шопен. Наконец Арно «не выдерживает». Найдя меня глазами в зале, он взглядом и жестом просит выручить его. И мы сыграли с ним в четыре руки «Быстрый танец» из моей симфонической сюиты.

Перед концертом в Лионе (1982) Арно испытывал мучительные боли в области желчного пузыря: начался внезапный приступ, он сильно кричал. Казалось, выступать он не сможет, а просить его играть, видя его страдания, не поворачивался, образно говоря, язык, хотя для меня не было секретом, что он – главная «приманка» нашего концерта. И ему, действительно, этого никто не сказал. Но он спас концерт. То есть пришел и сыграл все, что требовалось по программе. Вероятно, редкое вдохновение, с которым Арно играл тогда, было рождено его мужеством. Но чего это ему стоило?!

Однажды мой друг в обычный будний день, просто так, то есть вне всякой связи с какой-то торжественной датой, купил мне в подарок… новенький пиджак. Зачем мы оказались в магазине одежды, не помню, но точно помню, что пиджак я покупать вовсе не собирался. Он сказал тогда: «Вот увидишь: придет время, и ты его наденешь». К его шуткам любого рода мне было не привыкать, но тут и я не находил (и так и не нашел до сих пор) разумного объяснения этому поступку Арно. А воспоминание об этом случае неожиданно пришло ко мне в тот самый трагический день 11 ноября 1983 года. Уходя от него, я не знал, что вижу его в последний раз. Арно смотрел на меня с нежностью, молча. Но затем на его лице появилась страдальческая гримаса. Вот когда, вне всяких ассоциаций, я вспомнил некогда забавную сценку с пиджаком. Но теперь она казалась мне до слез трогательной. Пиджак же провисел в шкафу несколько лет, и надел я его только тогда, когда Арно не стало…

Предполагалось, что в этот тяжелый период жизни Арно в Ереван приедет профессор Ж. Бернар, в свое время курировавший композитора. Услуги французского светила могли обойтись государству не в одну тысячу долларов. По каким-то соображениям ученый так в Ереван и не приехал, но я доподлинно знаю, что тогда же, когда на правительственном уровне решался этот вопрос (телефонный разговор между Москвой и Ереваном велся К. Ф. Мазуровым и А. Е. Кочиняном), была произнесена такая фраза: «Для спасения Бабаджаняна нельзя жалеть и миллиона!» Благодаря Бернару Арно поставил своего рода рекорд: он прожил с этим диагнозом около тридцати лет. Потрясающий дух и воля к жизни…

Его последние зарубежные гастроли – в Сирии и Иордании – прошли в 1982 году. Тогда же в декабре Арно удалили желчный пузырь, и, кажется, он воспрянул духом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Большая биография

Портрет поздней империи. Андрей Битов
Портрет поздней империи. Андрей Битов

Это и годы оттепели — время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране — иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник — его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями.О том, что же такое была «эпоха Битова» и что за величина сам писатель, ставший классиком русской литературы, рассказывают в этой книге прозаики, поэты, журналисты, кинорежиссеры, актеры театра и кино. Среди них Дмитрий Быков, Соломон Волков, Александр Генис, Александр Кушнер, Сергей Соловьев, Вадим Абдрашитов, Юрий Беляев и многие другие.Предисловие В. Попова

Александр Александрович Генис , Александр Петрович Жуков , Глеб Яковлевич Горбовский , Людмила Петровна Дорофеева , Олеся Александровна Николаева

Литературоведение
Валерий Гергиев. Симфония жизни
Валерий Гергиев. Симфония жизни

Маэстро Валерий Гергиев – один из ярчайших дирижеров современности, чье искусство востребовано во всем мире. Вот уже более тридцати лет он возглавляет Мариинский театр, который его усилиями превратился в масштабный театрально-концертный комплекс, не имеющий аналогов в мире. С 2015 года Валерий Гергиев является еще и главным дирижером Мюнхенского филармонического оркестра, а до этого восемь лет руководил Лондонским симфоническим оркестром.Уникальным взглядом на судьбу маэстро через призму эпохальных событий в нашей стране и мире делится один из главных специалистов по России в Японии, много лет проработавший корреспондентом японской телекомпании NHK в Москве, Кадзуо Кобаяси. Дружба автора книги с Валерием Гергиевым длится более 25 лет. За эти годы журналист снял о своем герое два документальных фильма, побывал на родине дирижера в Северной Осетии, следил за его работой и творчеством как в России, так и за рубежом – будь то блистательные международные гастроли или полное риска и самоотверженности выступление в сирийской Пальмире. Перед вами – почти репортажное повествование человека, входящего в близкое окружение Гергиева, тонко чувствующего характер и устремления своего талантливого друга, восхищением и признательностью к которому пронизана эта откровенная биография.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Кадзуо Кобаяси

Биографии и Мемуары / Документальное
Елена Образцова. Записки в пути. Диалоги
Елена Образцова. Записки в пути. Диалоги

Настоящая книга посвящена жизни и творчеству всемирно известной певицы, народной артистки СССР Елены Васильевны Образцовой. Перед читателем предстает образ удивительно обаятельного человека, беспокойного художника с его радостями, тревогами и надеждами, для которого искусство было смыслом всей жизни.В книгу вошли дневниковые записи Елены Образцовой, ее рассказы о семье, учителях, педагогах Ленинградской консерватории, концертмейстерах А. П. Ерохине, В. Н. Чачаве, о работе над оперными партиями и выступлениями в Большом театре, беседы с певицей автора самой книги И. П. Шейко. Особое место занимает повествование о работе певицы с композитором Г. В. Свиридовым, Московским камерным хором В. Н. Минина, о творческих встречах с зарубежными музыкантами и знаменитыми оперными артистами, среди которых Г. Караян, К. Аббадо, М. Кабалье, Р. Скотто, А. Краус, П. Доминго, Ф. Дзеффирелли и другие.Издание органично дополняют впервые публикующиеся «Листки из блокнота», раскрывающие богатый духовный мир Елены Образцовой, и многочисленные фотографии, развивающие и дополняющие основные темы книги.

Ирэн Павловна Шейко

Театр
Верни мне музыку. Воспоминания современников
Верни мне музыку. Воспоминания современников

Арно Бабаджанян (1921–1983) – композитор, чья музыка на стихи известных поэтов любую песню превращала в настоящий хит. «Лучший город земли», «Свадьба», «Королева красоты», «Чертово колесо», «Твои следы», «Верни мне музыку» – песни, хорошо известные в исполнении М. Магомаева, И. Кобзона, В. Толкуновой, А. Герман, Э. Пьехи.Из воспоминаний родных, друзей и коллег А. Бабаджаняна, а среди них А. Пахмутова, Н. Добронравов, А. Горохов, Т. Гвердцители, Л. Долина, А. Арутюнян, А. Хачатурян, Э. Мирзоян, читатель узнает о жизни и творчестве замечательного композитора, о том, как он любил и дружил, грустил и радовался, работал и путешествовал. В книге можно услышать голос и самого Арно Арутюновича – его размышления о жизни и музыке никого не оставят равнодушным.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Арно Арутюнович Бабаджанян

Музыка

Похожие книги

Айседора Дункан. Модерн на босу ногу
Айседора Дункан. Модерн на босу ногу

Перед вами лучшая на сегодняшний день биография величайшей танцовщицы ХХ века. Книга о жизни и творчестве Айседоры Дункан, написанная Ю. Андреевой в 2013 году, получила несколько литературных премий и на долгое время стала основной темой для обсуждения среди знатоков искусства. Для этого издания автор существенно дополнила историю «жрицы танца», уделив особое внимание годам ее юности.Ярчайшая из комет, посетивших землю на рубеже XIX – начала XX в., основательница танца модерн, самая эксцентричная женщина своего времени. Что сделало ее такой? Как ей удалось пережить смерть двоих детей? Как из скромной воспитанницы балетного училища она превратилась в гетеру, танцующую босиком в казино Чикаго? Ответы вы найдете на страницах биографии Айседоры Дункан, женщины, сказавшей однажды: «Только гений может стать достойным моего тела!» – и вскоре вышедшей замуж за Сергея Есенина.

Юлия Игоревна Андреева

Музыка / Прочее