Читаем Вооружение центрально-азиатских кочевников в эпоху раннего и развитого средневековья полностью

Тип 1. Закрытые. Включает 7 экз. из памятников: Будулан, п. 3(4); Дарасун, п. 4; Онохтыча; Чиндант I, п. 24; Улан-Сар, п. 2, 5, 6 в Забайкалье[245]. Все экземпляры включены в данный тип условно, так как берестяная основа приемника не сохранилась. Известное представление о его форме может дать колчан с сохранившейся частью приемника на 3 см в длину и 11 см в ширину. По данным Ю. С. Орлова, береста для колчанов снималась с чурбаков без продольного разреза[246]. И. В. Асеев, И. И. Кириллов, Е. В. Ковычев отмечают и более обычный способ изготовления приемников из сшитых кусков бересты[247]. Ими выделено несколько типов колчанных крюков[248]. Наибольшее распространение имели крючья с петлей и раздвоенным концом. Реже встречаются обычные крючки с петлей и загнутым концом и пластиной вместо петли (рис. 30). Первые из них характерны для памятников кокэльской культуры и ранних комплексов древних тюрок Алтая и Тувы, поэтому их нельзя считать специфичными для Забайкалья. Скорее, в данной форме можно видеть раннюю стадию развития данной детали колчана, характерную для первой половины — середины I тыс. н. э. Крючки второго типа известны очень широко в течение всего I тыс. н. э., а пластинчатые характерны для второй половины I – начала II тыс. н. э. Не вполне ясно, каким образом стрелы помещались в приемник колчана. На некоторых планах могил они пачкой сосредоточены у ступней погребенного, т. е. можно предполагать в данном случае наличие закрытого типа колчана, в котором стрелы хранятся наконечниками вниз[249]. В монгольскую эпоху зафиксированы случаи расположения стрел наконечниками вниз, вниз и вверх или вверх[250].

Предметы вооружения ближнего боя встречаются в памятниках средневековья кочевников Забайкалья несравненно реже, чем образцы метательного оружия. Так, например, совершенно отсутствуют предметы рубяще-колющего оружия. Это, конечно, не означает, что в рассматриваемый период ими не пользовались. Однако в материалах рассматриваемого комплекса они не представлены. Достаточно редки находки других видов оружия. Приходится признать, что комплекс оружия ближнего боя не полон.

Рис. 30. Колчанные крючки шивэй.

КИНЖАЛЫ

По сечению клинка кинжалы из средневековых памятников Забайкалья относятся к двум группам.

Группа I. Ромбические. Представлена одним типом.

Тип 1. Удлиненно-ромбические без перекрестья. Включает 3 экз. из памятников: Бурхотуй, п. 1; Кункур, п. 1; Совхоз–13, п. 2 в Забайкалье[251]. Длина клинка — 20 см, ширина — 3, высота черенка рукояти — 6 см. Двулезвийные, ромбические в сечении клинка без перекрестья (рис. 31, 7, б).

Группа II. Трехгранные. Представлена одним типом.

Тип 1. Удлиненно-треугольные без перекрестья. Включает 4 экз. из памятников: Онохтыча, п. 4; Чиндант I, п. 24; Ломы I, п. 1; Новоселиха, п. 14 в Забайкалье[252]. Длина клинка — до 20 см, ширина — 2,5, высота черенка рукояти — 5 см. Однолезвийные прямые клинки с прямой рукоятью. Обычно относятся к категории хозяйственных ножей[253]. Не исключая подобного применения, считаем возможным и употребление в военных целях (рис. 31, 2–5).

Кинжалы применялись для нанесения колющего удара в ближнем и рукопашном бою. В условиях тактики рассыпного строя они неприменимы. Вероятно, кинжалами пользовались при рукопашных схватках, могли добивать раненых на поле сражения и т. д.

Рис. 31. Оружие ближнего боя шивэй.

1–6 — кинжалы; 7 — дротик.

КОПЬЯ И ДРОТИКИ

Из средневековых памятников Восточного Забайкалья известно небольшое число находок наконечников копий. К сожалению, плохая сохранность предметов затрудняет их интерпретацию. По данным И. В. Асеева, И. И. Кириллова, Е. В. Ковычева, известно два экземпляра дротиков и три — копий[254]. По сечению пера они распадаются на две группы.

Группа I. Круглые. Представлена одним типом.

Тип 1. Удлиненно-треугольные. Включает 2 экз. из памятников: Оловянная III, п. 10; Улан-Сар, п. 9; Сухая Падь, п. 1 в Забайкалье»[255] Длина пера — 4 см, ширина — 1, высота втулки — 3 см. Наконечники с остроугольным пером, без плечиков, с конической втулкой (рис. 31, 7).

Группа II. Четырехгранные. Представлена одним типом.

Тип 1. Удлиненно-ромбические. Включает 3 экз. из памятников: Оловянная I, п. 2; Соцал, п. 6; Сухая Падь, п. 1. Длина наконечника с втулкой — 22 см, ширина втулки — 3 см. Наконечники с остроугольным узким пером, плечиками, конической втулкой.

Наконечники дротиков и копий крепились к древкам с помощью гвоздей. Длина древков метательных дротиков не превышала длину вытянутой руки[256]. Древковое колющее оружие не могло употребляться всадниками в дистанционном бою. Метательные и ударные копья свидетельствуют о наличии у забайкальских кочевников навыков ближнего боя.

В средневековых памятниках Забайкалья присутствуют отдельные детали защитного доспеха.

ПАНЦИРИ

По форме пластин и способу крепления средневековые панцири Забайкалья относятся к одному типу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
«Умылись кровью»? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне
«Умылись кровью»? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне

День Победы до сих пор остается «праздником со слезами на глазах» – наши потери в Великой Отечественной войне были настолько велики, что рубец в народной памяти болит и поныне, а ожесточенные споры о цене главного триумфа СССР продолжаются по сей день: официальная цифра безвозвратных потерь Красной Армии в 8,7 миллиона человек ставится под сомнение не только профессиональными антисоветчиками, но и многими серьезными историками.Заваливала ли РККА врага трупами, как утверждают антисталинисты, или воевала умело и эффективно? Клали ли мы по три-четыре своих бойца за одного гитлеровца – или наши потери лишь на треть больше немецких? Умылся ли СССР кровью и какова подлинная цена Победы? Представляя обе точки зрения, эта книга выводит спор о потерях в Великой Отечественной войне на новый уровень – не идеологической склоки, а серьезной научной дискуссии. Кто из авторов прав – судить читателям.

Борис Константинович Кавалерчик , Виктор Николаевич Земсков , Игорь Васильевич Пыхалов , Игорь Иванович Ивлев , Лев Николаевич Лопуховский

Военная документалистика и аналитика
Берлин 45-го. Сражение в логове зверя
Берлин 45-го. Сражение в логове зверя

1945. Год Великой Победы. «Звездный час» советского народа. Дата величайшего триумфа в русской истории.Однако и сейчас, спустя 75 лет после Победы, финал Великой Отечественной, ожесточенная Битва за Берлин, вызывает множество вопросов.Каковы реальные потери в Берлинской операции?Можно ли было обойтись без штурма Зееловских высот?Действительно ли было «соревнование» между Жуковым и Коневым?И, наконец, а стоило ли вообще штурмовать Берлин?В предлагаемой книге ведущего военного историка Алексея Исаева не только скрупулезно анализируется ход Битвы за Берлин, но и дается объективная оценка действий сторон, неопровержимо доказывая, что Берлинская наступательная операция по праву считается одной из самых успешных и образцовых в истории.

Алексей Валерьевич Исаев

Военная документалистика и аналитика / Публицистика / Документальное
Штурмы Великой Отечественной
Штурмы Великой Отечественной

Еще 2500 лет назад Сунь-Цзы советовал избегать штурма городов из-за неизбежности тяжелых потерь — гораздо больших, чем в полевом сражении. В начале осени 1941 года Гитлер категорически запретил своим генералам штурмовать советские города, однако год спустя отступил от этого правила под Сталинградом, что привело к разгрому армии Паулюса и перелому во Второй Мировой войне. Сталин требовал брать города любой ценой — цифры потерь Красной Армии в Будапеште, Кенигсберге, Бреслау, Берлине ужасают, поневоле заставляя задуматься о необходимости подобных операций. Зато и награждали за успешные штурмы щедро — в СССР было учреждено целое созвездие медалей «За взятие» вражеских городов. Ценой большой крови удалось выработать эффективную тактику уличных боев, создать специальные штурмовые группы, батальоны и целые бригады, накопить богатейший боевой опыт, который, казалось бы, гарантировал от повторения прежних ошибок, — однако через полвека после Победы наши генералы опять «наступили на те же грабли» при штурме Грозного…В новой книге ведущего военного историка, автора бестселлеров «"Линия Сталина" в бою», «1945. Блицкриг Красной Армии», «Афганская война. Боевые операции» и «Чистилище Чеченской войны», на новом уровне осмыслен и проанализирован жестокий опыт штурмов и городских боев, которые до сих пор считаются одним из самых сложных видов боевых действий.

Валентин Александрович Рунов

Военная документалистика и аналитика / Военная история / Образование и наука