Ангел сказал, что со времени прекращения ежедневной жертвы
до конца дней печали пройдет тысяча двести девяносто дней, то есть три с половиной года (Дан. 12, 11). И тут же прибавил: Блажен, кто ожидает и достигнет тысячи трехсот тридцати пяти дней (Дан. 12, 12). Почему Он прибавляет сорок пять дней к предыдущему числу? Месяц и еще полмесяца длилась бы битва, в которой произошла бы окончательная победа и совершенное изгнание печали, ибо Бог говорит: Блажен, кто ожидает и достигнет тысячи трехсот тридцати пяти дней. Бог не просто ублажает тех, кто дойдет до этого времени, но тех, кто увенчается с терпением венцом мученичества. Ибо много было тех, кто не выдержал уз мучения и кары, принес жертву, подчинил себя горькому и дошел до отвращения скорбей, но не этих слово именует блаженными. Те, кто отверг идолослужение, малым житием искупили вечную муку.Посмотри на богоносного Даниила, как он не до года, не до месяца, но до единого дня прорек это испытание за много лет до него! Гавриил поведал о последнем разорении и погибели для иудейской гордости, являя, что будет. С тех пор как они зло дерзнули убить Бога во плоти, в них угасли пророчества и дары. И потому они повсюду взяты в плен и повсюду рассеяны, а их храм разрушен и город перекопан. Делая это явным, Ангел сказал: Чтобы приведена была правда вечная, и запечатаны были видение и пророк, и помазан был Святой святых
(Дан. 9, 24). Говорится это не о помазании Давида на царство, но о помазании от него рожденного по плоти Христа, Который — Святой святых, Бог Слово.Он не по успешному достижению, или по сотворенности, или по званию свят, но от природы святее святых и выше всех Христос[29]
. О Нем сказал божественный царь-песнопевец: Помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих (Пс. 44, 8), — ибо они причащаются Ему по плоти и помазуются, когда их крестят, маслом видимым. А Он более причастник Твоего, не как человек от человека, а как Бог от Бога Отца Богом Духом помазуется, в виде голубя на него на Иордане слетевшим, отсекая при этом тех, кто воспитан Законом и нечестиво беззаконствует, о чем сказали Даниил и все пророки до Иоанна Предтечи. С тех пор пленники уведены навечно, никак не подчинившись Избавителю, и потому не будут иметь другого срока вечного пленения, кроме настоящего, долгого и многого, и еще более многого будущего. Предрекая об этом с большой точностью, великий божественный Гавриил сказал Даниилу: Итак, знай и разумей: с того времени, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима, до Христа Владыки семь седмин и шестьдесят две седмины, из которых получается четыреста восемьдесят три года (Дан. 9, 25).Он считает не дни по неделям, не месяцы, но годы по седмерицам. Вот как он учит нас, откуда мы должны считать года: С того времени, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима,
— то есть с тех пор, как он вернет свою славу и древнее значение и унаследует славное житие. При этом он не молчал об опустошении, но провозглашал и отвечал ко всем окрестным дочерям, как сказал божественный Соломон: Пойдите и посмотрите, дщери Сионские (Песн. 3, 11). А когда Иерусалим опять вернул свою славу при долгоруком Артаксерксе, как от древних нам дошло слово, на двенадцатый год его царствования Неемия пришел и огородил град, как говорит дивный Ездра, который очень подробно это описал. Итак, отсюда нужно отсчитывать четыреста восемьдесят лет до этого разорения. По сложении семидесяти седмериц с тех пор, как город опять огородится и вернет свой образ, будут обличены они властвующим над ними теперь рассеянием и пленением. При этом у них нет ни ослабления, ни отрады от бед.Это наглядно описывая, пророк сказал: И по истечении шестидесяти двух седмин… город и святилище разрушены будут народом вождя, который придет, и конец его будет как от наводнения, и до конца войны будут опустошения
(Дан. 9, 26), — то есть до тех пор, пока не окончится всякая война. А при этом невозможно тому быть до конца мира, чтобы никто ни с кем не воевал и ни на кого не шел: до конца мира будет истребление и гибель и рассеяние иудеев будет продолжаться. А потом будет Суд, и примет их вечный плач и скрежет зубов.