Читаем Возраст ноль (СИ) полностью

В целом родители были довольны: дети здоровы и заняты делом, бюджет семьи растет. Я пребывала в шоке: ладно еще, близнецы и зелья, но Перси и картины? Билл и Чарли учатся на Рейвенкло, Перси рисует, что дальше?

Дальше к Биллу в гости приехали школьные друзья Шон МакАллен и Джереми Дин. Как раз накануне моего дня рождения. Наш дом сиял ремонтом и новой крышей. Такого «чуда» дети волшебников еще не видели, но удивлялись вежливо и скромно. На время Чарли уступил гостям свою комнату и переехал к Перси.

Праздничный обед организовали в саду, для чего там соорудили навес и установили столы. Потом была стандартная программа: озеро, квиддич, снова озеро, ужин и интрига дня - поход в кино.

За последний год множество маггловских вещей вошло в наш быт. К телевизорам добавились магнитофон, фотоаппарат, тостер и вафельница. Наш гардероб был заполнен маггловскими вещами. А посещения кинотеатра и художественных выставок стали привычными.

Рон научился читать и теперь больше всего времени проводил в компании с мамой Молли: она готовила или вязала, а Рон читал вслух сказки, иногда маггловские.

Перси рисовал. Близнецы были поглощены приготовлением зелий. А меня пригласили к себе Блэки.

***

Гарри оказался тихим, вежливым ребенком с совершенно солнечной улыбкой. Он мне показывал дом, а потом мы играли и разговаривали в его комнате, пока взрослые маги обсуждали детали ритуала, который планировали провести в этот день. Помимо Вальбурги и Сириуса Блэков присутствовали Люциус Малфой, Генрих Пруэтт, поверенный Блэков и Поттеров гоблин Крюкохват и Северус Снейп. Снейпа убедил пригласить Малфой, тем более, что тот готовил зелья для ритуала.

Нас с Гарри пригласили пройти в ритуальный зал. В ритуале требовалось участие шести магов. Меня пригласили просто поприсутствовать: во-первых, участие детей в ритуалах с задействованием большой магической силы, благотворно сказывается на развитии их собственных магических способностей, во-вторых, меня порекомендовали пригласить гоблины. Крюкохват кивнул и произнес: «Ты должна смотреть». Теперь понятно.

Как я поняла, речь идет о перемещении крестража, наличие которого смогла определить Вальбурга Блэк, из Гарри в артефакт, которым служил какой-то портсигар, богато украшенный драгоценными камнями.

На полу зала были начертаны руны, установлены в определенных местах чем-то наполненные чаши, в центре лежал портсигар. Гарри уложили за пределами всех этих художеств и надели ему на шею амулет с кристаллом. После чего участники ритуала заняли свои места и все началось. Я стояла у стеночки и старалась не пропустить ничего интересного. Ритуал вели гоблин и леди Блэк. Они читали речитатив, попеременно сменяя друг друга. Я видела, как Гарри накрыла мерцающая сфера розового цвета, которая начала уменьшаться в размерах, смещаясь в сторону головы. Затем этот грязно-розовый шар стал затягиваться в портсигар. Пока этот шар медленно преодолевал весь путь от Гарри до артефакта, в зале стояла просто удивительная тишина, я буквально чувствовала, как звенит воздух. Через пару секунд после того, как сияние над портсигаром погасло, воздух просто взорвался. Меня прижало к стене, остальных сбило с ног. Казалось, что множество потоков силы движутся одновременно в самые разные стороны. Следующая действительно единая волна началась в месте проведения ритуала, пробежала спиралью несколько кругов по залу и впиталась в матово-черный краеугольный камень Блэк-Холла.

Мы с Гарри сидели на диванчике в гостиной, держась за руки, пока остальные устраивались поудобнее. Меня трясло от ощущения энергии, пропитывающей сейчас каждый сантиметр дома. Мне даже не требовалось прилагать усилий, чтобы видеть ауры присутствующих магов и магические плетения, наложенные на комнату и некоторые предметы.

В центре комнаты установили столик, на который был уложен портсигар с осколком души последнего Темного Лорда.

- Ну что, господа, - нарушил тишину Сириус Блэк. - Наконец-то то, к чему мы так долго готовились, произошло. Кто-нибудь хочет поделиться впечатлениями?

- Я не столько хочу высказать свои впечатления, сколько услышать мнение одной юной леди. - первым откликнулся гоблин.

На лицах волшебников отразилось удивление: леди Блэк вряд ли кто-нибудь мог бы назвать юной, а среди остальных присутствующих здесь слово «леди» могло относиться только ко мне. Лорд Пруэтт поспешил опередить вопросы:

- Друзья, прежде, чем продолжить, давайте скрепим магическую клятву о том, что все, что здесь произошло сегодня или еще произойдет, останется между нами.

Присутствующие удивились, но ничего не имели против. Чем меньше людей знают о подобных ритуалах, тем лучше они спят (как окружающие люди, так и участники тех самых ритуалов).

- Уважаемый Крюкохват, почему Вас интересует более всего мнение мисс Пруэтт? - Не выдержал Сириус.

- Пусть она сама скажет, что видит, когда смотрит на этот артефакт.

Все внимательно повернулись в мою сторону. Я уже несколько минут рассматривала эту штуку. В принципе, я понимала, что именно вижу. И что это может означать тоже.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Новая критика. Контексты и смыслы российской поп-музыки
Новая критика. Контексты и смыслы российской поп-музыки

Институт музыкальных инициатив представляет первый выпуск книжной серии «Новая критика» — сборник текстов, которые предлагают новые точки зрения на постсоветскую популярную музыку и осмысляют ее в широком социокультурном контексте.Почему ветераны «Нашего радио» стали играть ультраправый рок? Как связаны Линда, Жанна Агузарова и киберфеминизм? Почему в клипах 1990-х все время идет дождь? Как в баттле Славы КПСС и Оксимирона отразились ключевые культурные конфликты ХХI века? Почему русские рэперы раньше воспевали свой район, а теперь читают про торговые центры? Как российские постпанк-группы сумели прославиться в Латинской Америке?Внутри — ответы на эти и многие другие интересные вопросы.

Александр Витальевич Горбачёв , Алексей Царев , Артем Абрамов , Марко Биазиоли , Михаил Киселёв

Музыка / Прочее / Культура и искусство
Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019
Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019

Что будет, если академический искусствовед в начале 1990‐х годов волей судьбы попадет на фабрику новостей? Собранные в этой книге статьи известного художественного критика и доцента Европейского университета в Санкт-Петербурге Киры Долининой печатались газетой и журналами Издательского дома «Коммерсантъ» с 1993‐го по 2020 год. Казалось бы, рожденные информационными поводами эти тексты должны были исчезать вместе с ними, но по прошествии времени они собрались в своего рода миниучебник по истории искусства, где все великие на месте и о них не только сказано все самое важное, но и простым языком объяснены серьезные искусствоведческие проблемы. Спектр героев обширен – от Рембрандта до Дега, от Мане до Кабакова, от Умберто Эко до Мамышева-Монро, от Ахматовой до Бродского. Все это собралось в некую, следуя определению великого историка Карло Гинзбурга, «микроисторию» искусства, с которой переплелись история музеев, уличное искусство, женщины-художники, всеми забытые маргиналы и, конечно, некрологи.

Кира Владимировна Долинина , Кира Долинина

Искусство и Дизайн / Прочее / Культура и искусство