На плече у одного из уродцев, сидящих в крайнем ряду, виднелась татуировка. Она была на четверть скрыта шрамом, проходившим через предплечье, но не узнать ее было невозможно. Ворона. Ворона из мультфильма «Котёнок с улицы Лизюкова». Точно такая же татуировка, как и на плече у Андрея.
Саша.
Забывшись, Андрей сделал шаг вперед, и чуть не слетел вниз. Чёрно-красная бездна качнулась ему навстречу, и он в ужасе отпрянул. Мысли путались и метались в голове, как испуганные пташки. На миг ему стало нехорошо, и он испугался, что опять потеряет сознание.
— Говори и уходи, — прогромыхал тот же голос, — или уйдёшь ни с чем.
— Я хочу его, — торопливо произнес Андрей, показывая на Сашу, — я хочу назад моего друга. Верните мне его.
Воцарилась тишина. Небо расколола огромная молния, разветвилась на миллионы тонких веток, пропала.
Одноглазый надсмотрщик шагнул вперед. Толстыми пальцами выбрав из переплетения цепей нужную, он открепил ее от общего кольца, потянул, извлекая об общей кучи калек одного, и пошел к Андрею, на ходу скручивая цепь. Огромные сапоги громыхали по камням, гремела цепь, скулили калеки. Подойдя почти вплотную, великан окинул Андрея горящим взглядом, проникая, казалось в самую душу, положил у его ног скрученную цепь, и отступил на пару шагов назад. Он него нестерпимо пахло жаром, застаревшим потом, гнилой плотью и нечистотами.
Андрей наклонился, взял цепь, поднял глаза на друга.
Саша был гол, лишь грязная тряпка прикрывала чресла. Его худоба поражала, кости выпирали из изуродованного тела, сплошь покрытого шрамами. Ноги переломаны, вывернуты, скручены у колена. Правая рука также в буграх и наростах после перенесенных увечий. На голове с левой стороны виднелась вмятина в черепе. Вместо прежних черных волос голову покрывала какая-то белесая поросль, растущая неравномерно. Соски отрезаны, на руках недоставало несколько пальцев, а на оставшихся не было ногтей. С правой стороны в ребрах также была вмятина, из-за чего он стоял, заваливаясь на бок. Не в силах стоять, он тяжело опустился на колени.
— Ты слышишь меня, Саша? — заглядывая в лицо друга, спросил Андрей.
Тот несколько раз моргнул. Левый глаз почти совсем скрылся за опущенным веком, но правый, живой и здоровый, смотрел знакомым Сашиным взглядом. Смотрел требовательно, но с надеждой.
У Андрея омертвело внутри и он, не выдержав, отвел глаза.
— Мы уходим, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, и, превозмогая брезгливость, взял Сашу за руку, помог подняться и потянул за собой.
Они сделали лишь пару шагов в обратном направлении, как позади раздался оглушительный шум. Пропала кирпичная дорожка, обрушились стены и огромным водопадом упала вниз вода. Рухнули скалы и увлекли за собой надсмотрщика с его страшной командой.
Андрей стоял на маленьком пяточке земли перед деревянной дверью заднего входа пятого корпуса, в руках у него была тяжелая металлическая цепь, у ног сидел искалеченный Саша.
Глава 14
— Ну что? — вскинулся навстречу Степан, как только Андрей закрыл за собой дверь, — всё получилось? Нас отпустят?
Андрей, не отвечая, прошел вглубь комнаты, крепко держа Сашу за руку.
— Бог ты мой, кто это с тобой? — Степан с изумлением разглядывал калеку.
Лида сидела у колонны около камней, огораживающих капище, устало облокотившись на стену. Услышав шаги, она подняла голову, вскочила с места.
— Андрей, ну что?…
— Кто это с тобой? — требовательно спросил Степан, — отвечай, чёрт тебя возьми…
— Это Саша, — с трудом ответил Андрей, — ты помнишь моего друга, Сашу? Который пропал там, на поле с гравием, у реки.
Лида в ужасе прижала ладонь ко рту и сделала шаг назад. Степан во все глаза рассматривал Андрея, будто считая, что тот помешался, потом перевел взгляд на калеку.
Саша стоял, опустив голову. Тяжелая цепь тянула его к земле, и он сгорбился, заваливаясь на ту сторону, где в боку виднелась вмятина. На лбу выступил пот. Одной рукой он вытер мокрый лоб, а изувеченные пальцы второй руки просунул между ошейником и шеей, попытался оттянуть, как будто тот душил его.
— Тебе плохо? — Андрей, аккуратно придерживая, помог опуститься на пол, прислонил к стене. Саша уже не вызывал у него брезгливости. Это по-прежнему был его друг, просто попавший в страшную беду.
— Конечно ему плохо, — медленно сказал Степан. Он глубоко засунул руки в карманы, и стоял над ними, слегка покачиваясь с носка на пятку, — это же хглоты, потерянные души. Они не могут жить в нашем мире…
— Что с тобой произошло? — Андрей сел на пол напротив, сложил рядом цепь. — Ты можешь рассказать?
Саша медленно раскрыл рот, и за остатками выбитых зубов Андрей разглядел обрубок языка.
— Не может он рассказать, ему язык отрезали…
Лида тихо заплакала. Она так и стояла в отдалении, не в силах приблизится к ним.