Если у Лаймы перед глазами в эти секунды пронеслась и не вся жизнь, то уж последние несколько месяцев точно. Нет, спецагент не может быть таким беззащитным. Первый серьезный противник, и она — труп. Дубняк просчитался. И Тагиров тоже. Она всех подведет. Она представила, как Медведь и Корнеев стоят над ее окровавленным телом, как кладут цветы на ее могилу. Если бы она успела, то разрыдалась бы от жалости к себе.
Мулатка тем временем отвела руку назад и с шумом выдохнула воздух, готовясь нанести смертельный удар.
— Эй, вы чего это! — закричал Дубов и вскочил с места. Потом сделал бросок и провел удар, который заставил нападавшую отскочить назад.
Рука с мечом отлетела в сторону. Оружие больше не было нацелено Лайме в грудь. Поняв это, она вдруг ощутила такую слабость, что едва не сползла под стол. И в ту же секунду силы снова вернулись к ней. И она так разозлилась! Схватила с подоконника кактус и швырнула противнице в голову. Мулатка отклонилась, и горшок пролетел мимо, разлетевшись на тысячу черепков.
В ту же секунду из коридора вылетел Репьев со свирепым выражением на лице.
— Что тут, черт возьми…
Договаривать он не стал, сообразив, что женщина в полумаске готовится метнуть свой меч. В Лайму! В женщину его мечты, можно сказать. Он прыгнул вперед и сделал подсечку. Мулатка успела увернуться, но от Лаймы снова отвлеклась. Тем временем Дубов с Латышевым тоже не сидели на месте. Оба заняли боевую стойку, согнув коленки и пружиня, словно боксеры перед поединком. Выставили вперед руки, держа их как-то странно, раскрытыми ладонями наружу. Так делают сказочные ведьмы, насылая на род людской беды и несчастья. Репьев, оказавшийся у мулатки в тылу, проделал то же самое.
Сообразив, чтос ней собираются сражаться сразу три мужика, мулатка издала гортанный крик и махнула мечом сначала в одну сторону, потом в другую, пытаясь отогнать их, как назойливых мух.
— Что будем с ней делать? — между тем крикнул Латышев.
— Перво-наперво вытесним из квартиры, — ответил Репьев. — Я сейчас дверь пошире распахну, гоните ее в коридор.
Услышав это заявление, Лайма открыла рот. Наверху надрывалась дрель, а сосед за стеной продолжал шпарить на фортепьяно. Грохот и музыка Вагнера оказались отличным сопровождением последующих событий. В квартире разгорелась настоящая битва! Трое безоружных мужчин скакали вокруг вооруженной мулатки, подныривали под ее локти, подскакивая и ловко уклоняясь от ударов. Она же размахивала мечом с таким остервенением, как будто задумала посносить всем головы. Однако ни разу ее усилия не увенчались успехом.
— Мальчики, вы кто? — крикнула раскрасневшаяся Лайма, поверив наконец, что ее не дадут в обиду. — Супермены?
Репьев засмеялся и провел серию ударов, которые заставили мулатку сделать несколько шагов назад. Потом еще несколько шагов и еще.
— А теперь что? — крикнул Дубов, когда они оказались на лестничной площадке. — Возьмем ее измором? Или попробуем нокаутировать?
— Не, нам ее не завалить, — засомневался Репьев. — В любом случае, сначала разоружим.
— Ха! — крикнула мулатка, сделав красивый мах мечом, и кончик ее лезвия чиркнул прямо по плечу Латышева. Рубашка мгновение пропиталась красным.
Лайма, застрявшая в дверях, увидела кровь и мгновенно потеряла самообладание.
— Я вызову милицию! — завопила она.
И очень быстро осуществила свое намерение, поскольку адрес Репьева знала отлично: вместе с шофером пикапа они довольно долго отыскивали нужный дом. Этот адрес она продиктовала дежурному, ничего толком не объяснив, только прокричав, что здесь «сумасшедшая тетка с тесаком пускает кровь жильцам».
Битва между тем продолжалась. Сообразив, что мечом не в силах достать противников, мулатка пустила в ход мощные ноги. Однако ее удары по-прежнему не достигали цели! Все три противника постоянно приседали и как будто ныряли вниз, а потом выскакивали в другом месте, словно поплавки. Их руки совершали странные завораживающие движения, и мулатка от злости начала терять над собой контроль. Дважды она промахнулась и изо всех сил ударила ступней в соседскую дверь. Совершенно неожиданно дверь открылась, и на пороге появился музыкант с непримиримым выражением на лице. Однако увидев перед собой огромную тетку в трико и черной полумаске с настоящим оружием в руке, а за спиной у нее Репьева с товарищами, он мгновенно утратил самоуверенность и воскликнул:
— Хорошо-хорошо, я больше не буду репетировать дома.
И так быстро захлопнул дверь, что воздух взвихрился, образовав маленький смерч. Воспользовавшись возникшим замешательством и тем, что раненый Латышев слегка ослабел, мулатка решила прорвать фронт и скрыться с места происшествия: совершила рывок и понеслась вниз по лестнице, прыгая через несколько ступенек кряду.
— Уйдет! — крикнул Репьев, обращаясь к Лайме. — Нам нужен ее скальп или нет?
— Не сейчас, — воскликнула она. — Костя истекает кровью!
— Ерунда, царапина! — возразил тот и жалко улыбнулся: — Боюсь только, жена не одобрит.