Под душем она стояла долго – хоть наплакалась вволю. Ничего не слышала, кроме шума воды. Не слышала, как позвонили в дверь…
Ольга открыла и шагнула назад, от удивления забыв поздороваться. За дверью стоял Иван.
– Здравствуй, Оля… – улыбнулся он ей и спросил, не дожидаясь ответного приветствия: – А мои дома?
– Да… Дома… – кивнула головой Ольга и, продолжая удивленно разглядывать Ивана, крикнула в дверной проем:
– Яся! Ясенька! Беги быстрее сюда…
Яся выскочила в прихожую, птицей бросилась к отцу, подпрыгнула, добежав, и он ловко подхватил ее на руки, прижал к себе, зажмурился от счастья. Ольга стояла, зажав ладонью рот, потом услышала, как перестала литься вода в душе… И проговорила, быстро убегая на кухню:
– Ой, у меня ж котлеты горят…
Варя вышла из ванной в накинутом на распаренное тело халате, с тюрбаном полотенца на голове. Увидев в прихожей Ивана с прижавшейся к нему Ясей, оперлась спиной о косяк, потом начала тихо сползать вниз, придерживая на груди халат. Иван опустил Ясю на пол, развел руки в стороны, проговорил немного растерянно:
– А я за вами приехал, девчонки… Не могу я без вас, хоть убейте… Поехали домой, а?
Варя совсем сползла на пол, тихо заплакала, опустив голову в ладони. Полы халата разошлись, обнажив круглые розовые колени, полотенце упало с ее головы, но она даже не заметила этого. Иван шагнул к жене, тоже опустился перед ней на колени, обнял, ткнулся губами в ее мокрый затылок.
– Совсем, совсем без вас не могу… – снова проговорил он и сглотнул трудно.
Яся смотрела на родителей во все глаза. Потом повернулась, убежала на кухню:
– Тетя Оля! Тетя Оля! А там папа с мамой сидят на полу и оба плачут… Почему они плачут, тетя Оля?
Ольга притянула к себе девочку, погладила по голове, ласково прошептала на ухо:
– Тихо, Ясенька, тихо, не кричи… Пусть они поплачут, Ясенька, пусть. Это очень хорошо, что они плачут. Это значит, что все у вас будет хорошо, Ясенька…