Если Центральное правительство может в чем-то вам помочь, то непременно поможет. В интересах нашей страны оказывать помощь всем национальным меньшинствам, чтобы они добивались развития и прогресса. У всех национальных меньшинств есть перспективы для развития и прогресса.
Политическое, хозяйственное, культурное и религиозное развитие в Тибете будет осуществляться главным образом по собственному решению тибетских вождей и населения, а ЦК будет только помогать. Этот пункт записан в «Соглашении о мероприятиях по мирному освобождению Тибета». Но надо этим заниматься, и нужно определенное время, причем действовать надо постепенно, с учетом вашего добровольного желания. Можно делать — делайте, нельзя — подождите. Но нехорошо не делать того, что выполнимо и одобрено большинством. Можно действовать медленнее, чтобы все были довольны, и таким образом, напротив, получится быстрее.
Итак, наш курс — это курс сплочения, успехов и еще большего развития.
ИЗ ПРИМЕЧАНИЙ РЕДАКЦИИ ГАЗЕТЫ «ЖЭНЬМИНЬ ЖИБАО» К «МАТЕРИАЛАМ О КОНТРРЕВОЛЮЦИОННОЙ ГРУППИРОВКЕ ХУ ФЫНА»
[17]После освобождения страны Ху Фын стал еще больше двурушничать: он открыто утверждал, что «не надо лезть на рожон», «там, где это возможно, надо следовать за партией и народом», а тайно он требовал все сильнее «точить меч, искать направление удара» и заниматься контрреволюционной деятельностью, «используя тактику оборотня». После того как его бешеное наступление на партию потерпело поражение, он поспешно приказал своим единомышленникам перейти к отступлению, «в терпении искать возрождения», велел каждому запастись лживым покаянием, дабы притаиться и выждать удобный момент. Все это подтверждает крайнюю серьезность контрреволюционного заговора Ху Фына и его группировки. Нам следует вдвое повысить бдительность и не верить их коварному плану ложной капитуляции.
Так называемое «единство» общественного мнении, на которое сетует Ху Фын, проявляется в том, что контрреволюционным элементам не позволяется высказывать контрреволюционные взгляды. Это действительно так. Наш строй отказывает в свободе слова всем контрреволюционным элементам и предоставляет такую свободу лишь народу. Но среди народа допускается разноречивость общественного мнения, что и проявляется в свободе критики, в свободе высказывать разные точки зрения, в свободе религиозной и атеистической (материалистической) пропаганды. В обществе, где всегда существуют и борются между собой передовые и отсталые люди, передовые и отсталые воззрения, где передовые воззрения всегда берут верх над воззрениями отсталыми, «единство» общественного мнения и невозможно и недопустимо. Когда передовое, получив полное развитие, преодолеет отсталое, становится возможным прогресс общества.
Однако в эпоху, когда за пределами страны и внутри нее все еще существуют классы и классовая борьба, рабочий класс и народные массы, взявшие в свои руки политическую власть в государстве, должны подавлять сопротивление, оказываемое революции всеми контрреволюционными классами, группировками и отдельными лицами, пресекать их реставраторские происки, не допускать того, чтобы контрреволюционные элементы воспользовались свободой слова в своих контрреволюционных целях. Это-то и заставляет таких контрреволюционеров, как Ху Фын, испытывать неудобства из-за «единства» общественного мнения. Наша цель как раз и состоит в том, чтобы они чувствовали такое неудобство, а нам-то это как раз удобно.
Наше общественное мнение и едино и не едино. Передовым и отсталым людям разрешается внутри народа свободно использовать наши газеты, журналы, трибуну и т. п. для соревнования между собой — в расчете на то, что передовые люди демократическими методами и методами убеждений воспитают отсталых, преодолеют отсталую идеологию и пережитки старого строя. Когда преодолено одно противоречие, может возникнуть новое противоречие, которое вызовет такое же соревнование, и таким образом общество может непрерывно развиваться. Когда существует противоречие, единства нет; когда противоречие преодолено, единство, на некоторое время достигнуто. Однако вскоре может возникнуть новое противоречие, которое нарушает единство, и это противоречие необходимо преодолеть. Противоречие же между народом и контрреволюцией разрешается посредством диктатуры, проводимой по отношению к контрреволюции народом под руководством рабочего класса и коммунистической партии. В этом случае по отношению к контрреволюционерам применяются уже не демократические методы, а методы диктатуры, абсолютной диктатуры, то есть контрреволюционеров ограничивают строго установленными рамками, не допуская с их стороны бесконтрольных выступлений и действий. В этом случае требуется не только единство общественного мнения, но и единый закон.