Гитлер во всем винил своих генералов. Так, 19 декабря он отстранил главнокомандующего, фон Браухича, и принял на себя непосредственное командование, что представляло собой логичное распространение на Вермахт нацификации, начавшейся в 1934 году. Пять дней спустя он снял с должности Гудериана, а также командующих группами армий «Север» и «Центр». Таким образом, Гитлер принимал на себя всевозрастающую ответственность за события на Восточном фронте, вмешиваясь в руководство на оперативном уровне, которое следовало целиком оставить в компетенции командующих на местах. Любые проявления инициативы теперь пресекались, в результате чего планирование становилось менее гибким, а боевые действия приобретали все более позиционный характер.
Между тем Жуков продолжал свои атаки, как того требовал Сталин, однако он уже был неспособен повторить успех первых нескольких дней контрнаступления. В течение всей зимы солдаты с обеих сторон сражались, чтобы удержаться на достигнутых позициях, часто бросаясь друг на друга врукопашную с ножами и саперными лопатками. Воевать приходилось порой в полном смысле в адских условиях. Каждый уцелевший немецкий солдат честно заслуживал медали «Мороженое мясо», как называли ее те, кто сполна хлебнул горя на передовой. Комментарии здесь излишни.
Провал операции «Барбаросса» стал поворотным пунктом в истории Вермахта и вообще Третьего рейха. Вместо стремительных прорывов, неизменно заканчивавшихся потрясавшими воображение победами, немцам теперь приходилось вести жестокую и нескончаемую битву на выживание с упорным и непримиримым врагом, сила которого день ото дня все крепла. Потери в живой силе достигали небывалой цифры — почти трех четвертей миллиона, — а размеры материального ущерба не оставляли немецкой промышленности шанса когда-либо полностью возместить войскам утраченное. Гитлер, сам полностью не отдавая себе отчета в том, что происходит, обрек свою страну на участие в тотальной войне, выходом из которой могла стать только полная победа одной из сторон. Последние события на Восточном фронте служили предостережением в том, что Германия вполне может проиграть эту битву, и хотя ее еще ожидали немалые успехи, те, кто умел заглядывать в будущее, уже видели в неясном сумраке первые знаки зловещих пророчеств, вроде тех, что начертали на стенах библейские мудрецы.
Кроме всего прочего, катастрофа под Москвой совпала по времени с другим важным событием, которое повлекло за собой значительное расширение географии конфликта. 7 декабря 1941 г. японцы нанесли удар по базе Тихоокеанского флота США в Перл-Харборе, а спустя шесть дней фюрер германской нации не придумал ничего лучше, чем, продемонстрировав достойную лучшего применения верность союзническому долгу, объявить войну США, пополнив стан своих противников гигантом экономики, способность которого производить вооружения вскоре позволит ему превзойти по выпуску техники все остальные страны вместе взятые. В течение двух следующих лет Вермахту было суждено достигнуть не одной яркой и значительной победы, однако времена блицкрига миновали. Германии отныне приходилось вести войну на истощение — такой войны она, учитывая ограниченность ее промышленного потенциала и людских ресурсов, выдержать не могла.
Глава 6. ВОЙНА НА ВОСТОЧНОМ ФРОНТЕ