— Ха, еще один нашелся, — усмехается черноволосый парень. — Ну что ж, сыграем.
Положение безвыходное. Фигуры на доске расплываются перед глазами.
Он не может проиграть. Не так. Не этой заносчивой личности.
— Эх, какие же вы все бездари, — зевает его соперник. — Ну, чего сидим, ворон считаем? Либо ходим, либо уходим.
Он резко отодвигает стул, встает и протискивается через толпу к спасительной свободе.
— Коль, погоди. Коль! — кричит вдогонку чей-то голос.
Он нехотя оборачивается. Сеня.
— Коль, ну ты не расстраивайся, с кем не бывает. Все-таки Витя лучше всех в нашей школе играет.
— Коль, что тебе на день рождения подарить? — спрашивает его мама. — Или лучше пусть будет сюрприз?
— Шахматы, — отвечает Он.
— Шахматы? — удивляется она. — А ты что, умеешь играть?
— Умею. У Сени доска была. Я научился, — отвечает Коля.
— Шахматы я тебе итак могу купить. Завтра как раз в магазин за продуктами. Поехали со мной, по дороге доску купим.
Доска манит его своей незамысловатостью. Узор из черно белых клеточек уже прочно засел в мозгу. А фигуры впечатались в подсознание.
Но отступать нельзя.
— Коль, ты уже третий час на эти фигуры смотришь. Может пора отвлечься? — обеспокоенно спрашивает мама.
— Нет, не пора — упрямо отвечает Он.
Через два часа приходит отец. Они негромко переговариваются о чем-то с матерью в соседней комнате.
— Сын, может передохнешь? — ложится ему на плечо большая теплая рука.
— Сыграй со мной, — отвечает мальчик.
— Ну даешь, Колян. Неплохо, — говорит отец, кладя поверженного короля на доску.
— Не достаточно, — бормочет Он себе под нос. — Этого не достаточно.
— Чего? — удивляется отец.
Но парень не отвечает. Сосредоточенно смотрит на фигуры, пытаясь запомнить все свои ошибки.
Глава 3
— Коль, вон он, твой Витя. Зачем он тебе? — спрашивает Сеня, указывая пальцем на фигурку на футбольном поле.
Но Он не отвечает. Он молча пересекает поле и перехватывает рукой запястье черноволосого парня.
— Эй, ты чего, совсем с дубу рухнул? — кричит возмущенно Витя — Я бы гол мог забить! Ты что вообще на поле забыл?
— Матч. Завтра, — выдавливает Он.
— Чего? Какой матч? — ошарашенно смотрит на него вихрастый пацан.
— Шахматы, — выдавливает Он еще одно слово.
На лице Вити пробегает толика узнавания.
— А, это ты что ли? Тот, который мне проиграл две недели назад? Еще что ли хочешь получить? — на его лицо возвращается задиристая ухмылка. — Ну лады. Завтра после уроков, буду ждать тебя там же, где играли в прошлый раз, — бросает парень и убегает гонять мяч дальше.
А Он облегченно вздыхает. Хорошо, что не пришлось много говорить, иначе Он бы просто не выдержал. Стоял бы как столб и молчал.
Проклятая немота. И почему слова так не хотят вылезать, когда им очень надо наружу?
— Ну как, получилось? — это Сеня подбежал узнать, как у него дела.
Коля кивает.
Да. Завтра тот самый матч.
Когда Он пришел, шахматный фигуры уже были расставлены, а Витя сидел за столом, поджидая его.
Он молча садится. С этого момента игра началась.
Фигуры скользят по доске, угрожая одна другой.
Витя сначала играет расслабленно, словно нехотя берет в руки деревянных бойцов, и небрежно ставит их на черно-белые клеточки.
Но это продолжается недолго. Уже к середине игры парень напряжен, и от его заносчивости не остаётся и следа.
Коля выиграет. Он точно это знает. Он уже видит, как поставить противнику мат.
А тот не верит своим глазам, нервно грызет ногти, потом одергивает себя и, наконец, тихо произносит: «Черт».
На пути со второго этажа, где была партия, Колю ловит учитель математики.
— Коль, я не знал, что ты хорошо умеешь играть в шахматы. Подсмотрел, как вы с Витей сражались. Неплохо вы сыграли, мое уважение, — говорит он.
— Я что хотел то, — продолжает старый преподаватель. — Я заведую шахматным кружком. Присоединяйся. Будешь на соревнования ездить.
Коля качает головой. Нет, он не для этого учился играть.
— Нет, спасибо. Я своей цели добился, пока что мне этого хватит, — отвечает Он, и сбегает вниз по лестнице.
Он улыбается, вспоминая историю из детства. Как много лет прошло, а Он особо не изменился.
Такой же замкнутый и тихий, и такой же упрямый. Разве что говорить может чуть более свободно, чем тогда
Следующие несколько недель Он усердно пишет. Пишет днем и ночью, в перерывах между основной работой.
Удаляет по несколько страниц сразу, и пишет заново.
Снова и снова.
Снова и снова.
Это уже девятое издательство. И девятая рукопись. Он каждый раз пишет новую.
Он каждый раз становится лучше. По крайней мере, хочется в это верить.
Пожилая женщина просматривает его работу, шурша белыми листами.
Прямо как тогда, в самый первый раз. И во второй раз. И в третий. И во все предыдущие разы.
Но в этот раз что-то по-другому.
— Удивительно, — восклицает она, — просто невероятно. Прекрасная рукопись.
Сначала Он думает, что ослышался. Что это его больной разум уже напридумывал себе чего попало, и морочит ему голову.
Но следующий вопрос развеивает его сомнения об иллюзорности происходящего.
— Скажите, почему Вы выбрали именно наше издательство? — спрашивает она.
Он невольно улыбается.