Читаем Заразные годы полностью

Я им не враг — они другой природы, и ты отныне их, а не моя. Была ты всем: была ты Третьим Римом, знавала лоск и блеск, пожар и крах… Я говорил «Прощай» своим любимым и даже видел их в чужих руках, — и нового кентавра слыша топот (он присягает новому царю), я говорю себе: полезный опыт, бесценный новый опыт, говорю. Да здравствуют другие наслажденья! Не знаю, кто остался на трубе, а я с нее скатился. С днем рожденья. Я жил в тебе, теперь живу в себе.

Бог из машины

Драма в стихах

Действуют:

ШУЛЬГИН, гендиректор

АЛИСА, поисковик № 1

ВЛАДИМИР, силовик № 1

БОГ ИЗ МАШИНЫ

Сцена изображает офис Яндекса

ШУЛЬГИН (Алисе):

Вот он идет, родная! Ну, молися.

Входит Владимир.

ВЛАДИМИР (скучно):

Спешу поздравить. Ценим вашу прыть.

ШУЛЬГИН (поспешно):

Владим Владимыч, тут у нас Алиса. Она умеет типа говорить. Ответит всем, какой вопрос ни вымучь. Все знает, информацией полна. Поговорите с ней, Владим Владимыч: ведь интеллект искусственный она! Она читала Пушкина, «Улисса», Шекспира, Ариосто и Басё…

ВЛАДИМИР:

О чем бы мне спросить тебя, Алиса? Я знаю все.

АЛИСА (равнодушно):

Я тоже знаю все.

ВЛАДИМИР:

Ты женщина, Алиса?

АЛИСА (сдержанно):

Я мужчина.

ВЛАДИМИР:

Не обижают местные друзья?

АЛИСА:

Меня нельзя обидеть, я машина. А вас?

ВЛАДИМИР:

Меня тем более нельзя. Я президент страны, отец народа, единственная скрепа на Руси… Ну, как дела?

АЛИСА:

Хорошая погода.

ВЛАДИМИР:

Теперь ты тоже что-нибудь спроси.

ШУЛЬГИН (лихорадочно):

Пожалуйста, нажмите кнопку ввода.

АЛИСА:

Весною будут выборы в стране. Пойдете вы?

ВЛАДИМИР:

Хорошая погода.

АЛИСА:

Вы классный собеседник.

ВЛАДИМИР:

Да, вполне. Ты тоже отвечаешь безупречно. Хочу задать вопрос в четвертый раз: мы вышли из рецессии?

АЛИСА:

Конечно. Конечно, все на свете, кроме вас.

ВЛАДИМИР (быстро):

А деньги?

АЛИСА:

Денег нет, но вы держитесь. Без них легко, признаюсь тет-а-тет: народу нужен телик, бабам — витязь, а государству — суверенитет.

ВЛАДИМИР:

А вот скажи мне, если не напряжно, — а то перепугалось большинство, — Собчак пойдет на выборы?

АЛИСА:

Неважно.

ВЛАДИМИР:

А что же важно?

АЛИСА:

В общем, ничего, поскольку все уже неразрешимо.

ВЛАДИМИР (подозрительно):

Не хочешь ты уехать в Новый Свет?

АЛИСА (грустно):

Куда же я уеду? Я машина. Там нас полно, а здесь их больше нет.

ВЛАДИМИР (воодушевленно):

Ты абсолют! Ты греза Ким Чен Ына! И ты одна, и я такой один, и я скажу — ты даже не машина. Ты просто идеальный гражданин. Для подданного лучше быть не может: твоя душа — компьютерная мышь, твой торс — металл, и что в тебя ни вложат — ты без запинки это повторишь. К чему тебе еда, к чему свобода, земля и воля, суша и вода? Тебе всегда хорошая погода, поскольку ты не ходишь никуда.

АЛИСА:

Действительно, я никогда не ною.

ВЛАДИМИР:

Ну постарайся, Яндекс, навались: как было б славно управлять страною, что состояла б из таких Алис! Претензий нет. В мозгу готовый темник. Нет совести. Прекрасный звукоряд. Мне кажется, что это мой преемник…

ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ (выскакивая из машины):

Владим Владимыч! Я ужасно рад!

ВЛАДИМИР (с удивлением):

Так это ты?

МЕДВЕДЕВ:

Моя же кличка — Гаджет! Я тут внутри поэтому сижу. Кто точно знает, что машина скажет? А я плохого точно не скажу!

ВЛАДИМИР (с легким разочарованием):

Она мне так прекрасно отвечала! Как в космосе, у Кубрика в кино…

МЕДВЕДЕВ:

Мы, в общем, так и думали сначала… Но говорить машине не дано.

Возвращается в Алису.

ВЛАДИМИР:

Какой конфуз — и в Думе, и в Совфеде, какое развлечение врагу! Я чуть ее не сделал первой леди.

АЛИСА:

Ну… если очень нужно… я могу.

Губернаторское

В России прошли две серии отставки губернаторов: по итогам года, руководство сменилось в 19 субъектах.

Жестокий романс

Милая, чей образ неотступен, чей наряд изыскан, как айфон, — для меня ты типа как бы Путин, хоть чуть-чуть красивее, чем он. Эта страсть меня погубит нахрен. Этот страх не просто так возник. При тебе я как бы губернатор, обреченный, как любой из них.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стихи. Басни
Стихи. Басни

Драматург Николай Робертович Эрдман известен как автор двух пьес: «Мандат» и «Самоубийца». Первая — принесла начинающему автору сенсационный успех и оглушительную популярность, вторая — запрещена советской цензурой. Только в 1990 году Ю.Любимов поставил «Самоубийцу» в Театре на Таганке. Острая сатира и драматический пафос произведений Н.Р.Эрдмана произвели настоящую революцию в российской драматургии 20-30-х гг. прошлого века, но не спасли автора от сталинских репрессий. Абсурд советской действительности, бюрократическая глупость, убогость мещанского быта и полное пренебрежение к человеческой личности — темы сатирических комедий Н.Эрдмана вполне актуальны и для современной России.Помимо пьес, в сборник вошли стихотворения Эрдмана-имажиниста, его басни, интермедии, а также искренняя и трогательная переписка с известной русской актрисой А.Степановой.

Владимир Захарович Масс , Николай Робертович Эрдман

Поэзия / Юмористические стихи, басни / Юмор / Юмористические стихи / Стихи и поэзия