–Что случилось? – хрипло спросил я. Шея Мрака, которая загораживала мне обзор, переместилось в сторону, и я увидел звездное небо. Холодные глаза дракона приблизились к моему лицу, и я ощутил кожей тепло его легкого дыхания.
–Ночь свежа, – Шива спрыгнул и подошел ко мне. В голосе его я услышал далекий отголосок мечты. Он, не человек, всегда видел то, на что я давно закрыл глаза. Он наслаждался каждым мгновением жизни.
–Это прекрасная ночь, – согласился я с Шивой и с удивлением заметил, что даже голос мой изменился – стал мягче.
–Так то лучше, – удовлетворенно заметил мой старый друг и присел рядом.
–Пусти Мрака в себя и он облегчит твои страдания уймет боль, соединит тебя с истоком, даст тебе не только понимание, но и право распоряжаться силой на свое усмотрение.
–Нет, – твердо отрезал я.
–Боясь потеряться, ты вовсе не готов сдвинуться с места? – с упреком уточнил он.
–Не твое дело, – я сам был не готов ответить себе на этот вопрос.
–Ты растрачен весь, до предела. Не имея источника, ты испил сам себя, Демиан, – будто уговаривал меня фантом.
–Это ничего, Энтони, – пробормотал я, – ничего, главное, что мы выбрались…
–С ним бесполезно говорить, он глуп и слеп, – съязвил Мрак. – Он упивается своей болью и своими страхами, вместо того, чтобы открыть и принять то, что ему было поднесено в дар.
–И поднести себя в подарок тебе? – разозлившись, я ухватился за протянутую руку Энтони и встал.
–Ну, я буду обходиться с тобой осторожно, – Мрак осклабился.
–Энтони, ты знаешь, где искать выживших? – проследил, как фантом уже без опаски взбирается на дракона.
–Знаю, – глухо произнес Шива. – Нам нужно лететь на север к морю, они где-то там. Ох, Демиан, удивительно, что ты выжил.
–Пойми меня правильно, – продолжал Энтони осторожно. – Таких, как ты, мало. Я нашел тебя когда-то в весьма плачевном состоянии и сделал все, что в моих силах во благо твоего будущего. Надеюсь, ты это понимаешь и не держишь на меня обиды.
Он помедлил, ожидая от меня возражений или заверений, но я молчал и он продолжил:
–Ты не единственный, чья кровь опасна для моего… народа. Не строй иллюзий. Дело не в твоей воле, не в твоих родителях или наследии. Все это для времени ничтожно и жалко. Дело в том, что ты смог вырвать время у смерти, которая подошла к тебе столь близко, что дыхание ее уже должно было растворить твою душу. Но ты не позволил этого сделать.
Я конечно неправ. Дело именно в твоей воле, в любви к жизни, которую ты не осознаешь и отвергаешь, как постыдное чувство трусости. Скажи мне, ты гордишься или стыдишься того, что когда-то выжил?..
–Сохранив мне жизнь, ты уничтожил мир, – сказал я то, о чем думал все это время.
–Это не ты, – помолчав, солгал Энтони.
Я неопределенно пожал плечами, и Шива заговорил, перекрикивая ветер, который уносил его слова прочь: