Причём в этой внутри человеческой жизни были свои трагедии, не говоря уж о том, что тюрьма, лагерь никогда не делают человека лучше (и в этом прав Шаламов). Ну и радости Лихачёву не добавляла та знаменитая история, что как-то на Соловках стали расстреливать не по списку, а для счёта — в то время, как он провёл ночь среди заготовленных на зиму дров. Жить за неизвестного убитого человека — радость ещё та.
В-третьих, был общественная жизнь Лихачёва — который написал несколько книг вполне доступных пониманию обычного человека: он был известен "Записками о русском" общекультурной тематики, он написал чудесную книжку о поэтике садов. Возможно, что советской интеллигенции именно и нужен был такой кумир — не требующий понимания своей отрасли с одной стороны, но отрасли при этом гуманитарной. Квантовая механика и статистическая физика тут не годилась — не объединила бы народ.
А с другой стороны Лихачёв был не слишком публичный человек, которого можно додумывать. Да, сиделец — но не стучит кулаком по трибуне, не трясёт бородой как Солженицын. Да, академик, но не такой чудаковатый и оторванный от жизни как Сахаров с его планами справедливого переустройства СССР. Да, общественный деятель, но выступающий в этом качестве за бесспорные истины — музеи не грабить, дворцы не ломать, рукописи печатать. (Спасибо Мите, что он навёл меня на эту мысль).
Никто из его коллег не мог претендовать на такое место в общественной жизни: у Гаспарова слишком был высок его невольный образовательный ценз для собеседника. У Лотман была передача на телевидении — да не просто передача, а о русской культуре. Причём её темы были куда ближе хронологически к современности, чем "Слово о полку Игореве".
Блестящих учёных было много, а сочетание организатора, учёного и публичного человека — было единственным.
Кстати, брутальный Панченко (который часто появлялся в телевизионном эфире) мог легко стать символом интеллигенции, но вот беда — он орал на каждом углу "Интеллигенты?! Упыри! Уроды! Вы бы научились бы сперва пилу двуручную разводить!» — и ответить интеллигентам было нечего.
История про Лихачёва — два
Вообще, создаётся впечатление, что в России было два интеллигента — Антон Павлович Чехов и Дмитрий Сергеевич Лихачёв. Про первого сам Набоков (а мы знаем, как сварлив был Набоков) сказал: «тип русского интеллигента, русского идеалиста, причудливое и трогательное существо, малоизвестное за границей и неспособное существовать в Советской России».
Второй сам написал работу «О русской интеллигенции»
— из которой, впрочем, было понятно, что ещё два-три года и все эти интеллигенты передохнут как тараканы на морозе — был такой зимний способ тараканоистребления в русских деревнях.У Квакина я нашёл
хорошую цитату: "Возможно, что был прав выдающийся русский философ Г.П. Федотов, который в статье "Трагедия интеллигенции" в 1926 году отмечал: ":Обращаясь к "канону" русской интеллигенции, мы сразу же убеждаемся, что он не способен подарить нам готовое, "каноническое определение". Каждое новое поколение интеллигенции определяет себя по-своему, отрекаясь от своих предков и начиная — на 10 лет — новую эру".Я как-то написал давным-давно
, что русская интеллигенция похожа на глокую куздру, и повторяться нечего.Другое дело, что сейчас будет столетний юбилей Лихачёва, и со всех сторон заверещат о его интеллигентности. Некоторые будут сомневаться — ведь «интеллигентность» давно стала чем-то типа медали, которую давали на кухнях. Или там в случае, если гость помыл руки, выйдя из туалета, что чудесно описано Довлатовым.
А я так думаю, что совершенно правильно, Лихачёв был интеллигентом. Последним из могикан. Очень вежливо встал, притворил дверь, чтобы не хлопнула.