— Пятый и шестой. — Эльрик отбросил концы юкколя за спину. Подставил лицо солнцу и холодному ветру. — Не скучай. Дальше веселее будет.
Он почти ничего не ел. Легенда устроила ревизию припасам и поняла, что спутник ее пищей, похоже, пренебрегает. Чем же он кормится?
«Да уж находит чем». — Эльфийка поежилась зябко. От холода надежно защищал плащ и стеганый кафтан. А вот от знобкого страха одежда не спасала.
Вода закипела. Легенда бросила в котелок порцию трав и сняла его с огня.
— Ты проснулась? — приятно удивился Эльрик, появляясь из-за камней. — И даже чай сделала. — Он улыбнулся. — А мы добыли завтрак.
— Кто «мы»?
— Дхис и я. — Шефанго поднял руки, демонстрируя двух блестящих рыбин. Чешуя их все еще играла разноцветными искрами. Браслет, коему полагалось быть деревянным, свисал с левого запястья, безвольно болтаясь в такт раскачивающимся рыбам. — Не побрезгуешь сырой съесть? Сырая вкуснее.
— Не побрезгую. — Легенда достала соль. — Он у тебя, значит, еще и рыбу ловит?
— Он еще и поет, — загадочно ответил Эльрик, подходя к костерку. — Если и дальше будет так холодно, я перестану умываться. Умеешь чистить рыбу?
— А ты не умеешь?
— Я просто ни разу не встречал женщины, — шефанго достал нож и взялся за дело, — которая умела бы чистить рыбу. А может, они просто не признавались.
— И Эфа?
— Ни даже я — Тресса. — Он передал Легенде вычищенную тушку. Поймал недоуменный взгляд.
— Ну, вымыть-то ты ее сможешь?
— Ты — Тресса? — переспросила эльфийка. — Это еще что такое?
— Моя женская сущность. — Эльрик умудрился счистить чешую за какие-то секунды. Еще миг, и он вытащил из рыбьего брюха потроха. — Ну, раз не ушла еще, вымой и эту тоже. — Шефанго отдал вторую рыбину. Взял крышку котелка с чешуей и потрохами и вывалил все это подальше от лагеря.
Легенда сидела, держа в каждой руке по рыбе, и размышляла. Почему-то, когда неведомая ей женская ипостась Эльрика обрела имя, двуполость спутника стала казаться ей чем-то совсем странным. Шефанго вернулся. Вздохнул. Забрал рыбу и ушел обратно к ручью.
«Да, кстати, — вспомнила Легенда, — надо ведь и мне умыться».
Когда она вернулась, рыба ждала ее уже распластанная на ломти и посоленная. А Эльрик с Дхисом воевали из-за хвоста второй, полусъеденной. Легенда не поняла, чем обоим приглянулся именно хвост, но спрашивать не стала. В конце концов, это было не самое странное в шефанго. Расспрашивать же о самом странном не было ни решимости, ни желания.
И снова они шли. Вперед и вверх. Эльфийка пряталась от холодного ветра за спиной своего спутника, а Эльрик улыбался, когда особо сильные порывы толкали в грудь, дергали юкколь, словно пытаясь сорвать. Ветер был почти такой, как дома. В горах. Очередное сомнение поджидало впереди, но до него еще нужно было дойти. И даже страх отступил куда-то. Днем вообще было не так страшно, как ночью. Может быть, оттого, что перед Легендой приходилось прикидываться. В конце концов, она боялась куда больше.
А потом Дхис шевельнулся и сжал запястье, предупреждая об опасности.
Странно. Сам Эльрик не чувствовал ничего угрожающего. Голоса он услышал лишь через несколько минут.
Голоса.
Так же, как мутные мороки гам у подножия Цошэн, они не казались реальными. Миражи. Иллюзия звука. Видение беседы. Шефанго вздрогнул и остановился. Встревоженный голос Легенды вплелся в диалог невидимых еще тварей, и реальность на мгновение пошла трещинами.
— Что случилось?
Он молча поднял руку: молчи. Слушай.
И не вдруг понял, что эльфийке слышать не дано. Что это Дхис дал ему возможность услышать чужой разговор. Так же, как при встрече с мороками, дал возможность увидеть чужие иллюзии.
— Двое идут сюда, брат мой.
— Да. Женщина и мужчина. Нам с тобой достанется по целой душе. Кого ты предпочтешь?
— Женщину. Я давно не пробовал женщин.
— Ты сладкоежка, брат мой. Но почему они остановились?
— Боятся, — не слово, а скорее довольное урчание. — Что-то чувствуют. Им некуда деться отсюда. Наберись терпения, брат.
— Я голоден.
— Я тоже. Тем приятнее будет трапеза.
«Боги. — Эльрик закрыл глаза, чувствуя, как по спине бегут ледяные мурашки. — Это-то что за твари?» Он чувствовал Легенду за спиной. Чувствовал, что она тоже боится. И что ей страшно еще и оттого, что страшно ему. Это было хуже всего.
— Пойдем. — Голос прозвучал хрипло, и эльфийка вздрогнула. — Нам нужно пройти. Всего лишь пройти. Они нас видят, но не могут дотянуться. Мы проскочим мимо. Быстро. И там, дальше, они опять не смогут дотянуться до нас.
— Кто «они»? — спокойно, как-то очень уж спокойно спросила Легенда.
— Не знаю. — Эльрик взялся было за мечи, но опустил руки. — Знаю только, что мы должны пройти там. Я должен. Ты, если не хочешь, можешь…
— Остаться здесь? — оборвала его эльфийка. — Или вернуться назад, пройдя мимо всех этих демонов?
— Они не тронут…
— Тебя. Но не меня.
— Тогда пойдем Не отставай от меня, ладно? Иди вперед. Что бы ни случилось, просто иди вперед.
— Есть, командир. А если ты отстанешь?
— Я же сказал: что бы ни случилось.