- Почему вы всегда одеты в серое? Лично я ничего не имею против, к тому же серый придает вам загадочный и набожный вид.
- Я похожа на монахиню? - Она в ужасе нахмурила брови.
Двуколка угодила еще в одну колдобину, отчего Саймон и Люси столкнулись плечами.
- Нет, моя милая леди. Я лишь намекаю, видимо, слишком завуалированно, что вы - ангел, посланный с небес, чтобы осудить меня за грехи.
- Я ношу серое, поскольку на одежде такого цвета не видна грязь. - Люси посмотрела на него. - А в чем вы согрешили?
Саймон наклонился ближе, словно для того, чтобы сообщить некий секрет, и почувствовал аромат роз.
- Я против того, чтобы «серый» называли «цветом», и утверждаю, что это просто отсутствие какого-либо цвета.
Она угрожающе прищурилась.
Саймон отодвинулся и вздохнул.
- Что же касается моих прегрешений, дорогая леди, они не того сорта, чтобы о них можно было упоминать в присутствии ангела.
- И как же я смогу в таком случае о них судить? А серый цвет все-таки существует.
Виконт расхохотался. Ему захотелось широко раскинуть руки и, возможно, запеть. Наверное, всему виной деревенский воздух.
- Леди, я уступаю силе вашего хорошо продуманного довода, который, как мне кажется, поставил бы на колени даже Софокла. Серый цвет существует, уговорили.
Люси фыркнула.
- А как насчет ваших прегрешений?
- Мои грехи многочисленны и неискупимы. - В сознании виконта промелькнуло воспоминание о Пеллере, отчаянно махнувшем рукой, и то, как он, Саймон, рубанул по ней клинком. Как брызнула кровь, и полетели пальцы. Виконт моргнул, натянул на лицо улыбку и беспечно изрек: - Все, кто о них знает, в ужасе шарахаются от меня при одном лишь моем появлении, словно я прокаженный с почти отпавшим носом и гноящимися ушами.
Люси сидела и смотрела на него, так серьезно и так невинно. Храбрый маленький ангелочек, которого еще не коснулась людская подлость. Виконт не смог сдержаться и вновь осторожно, украдкой погладил Люси по спине, отчего глаза у нее расширились.
Саймон продолжил:
- И правильно делают. Например, иногда я выходил из дома без шляпы.
Люси нахмурилась. Он и сейчас сидел без шляпы.
- В Лондоне, - пояснил Саймон.
Однако головные уборы ее не волновали.
- Почему вы считаете, что не сможете искупить свои грехи? Все люди способны найти благодать, если покаются в своих прегрешениях.
- Так глаголет ангел господень. - Саймон наклонился к Люси поближе, заглянул под соломенную шляпку и снова вдохнул аромат роз, исходящий от волос леди. Его член дернулся. - Но что если я и есть сам дьявол из преисподней и не принадлежу вашему миру, ангелочек?
- Никакой я не ангелочек, - ответила Люси, подняв глаза к небу.
- О, нет, вы - ангел, - выдохнул Саймон. Он провел губами по ее волосам и на какое-то безумное мгновение подумал, что мог бы поцеловать ее, осквернить эту чистоту своим поганым ртом. Однако на повороте повозку опять тряхнуло, и Люси отвернулась, снова сосредоточившись на лошади. Момент был упущен.
- Какая вы независимая, - пробурчал Саймон.
- У нас, деревенских леди, нет другого выхода, если мы хотим хоть куда-то доехать, - резковато ответила Люси. - Или вы считаете, что мы только и делаем, что целыми днями штопаем?
А вот и опасная стезя. Именно из-за подобного разговора два вечера назад она на него разозлилась.
- Нет, я прекрасно знаю, сколь многочисленны ваши таланты и обязанности, не последняя из которых - помощь нуждающимся в деревне. Вне всякого сомнения, вы могли бы стать замечательной леди-мэром Лондона, но тогда вам бы пришлось покинуть эту милую деревушку, а я сомневаюсь, что ее жители без вас выживут.
- Вы так считаете?
- Да, - искренне подтвердил Саймон. - А вы нет?
- Полагаю, все прекрасно обойдутся и без меня, - бесстрастно ответила Люси. - Уверена, какая-нибудь другая леди быстро займет мое место.
Саймон нахмурился.
- Вы так мало себя цените?
- Не в этом дело. Просто подобной благотворительностью может заниматься кто угодно.
- Хм. - Саймон внимательно изучил ее красивый профиль. - А если бы вы решили покинуть всех, кто зависит от вас здесь, в Мейден-Хилле, чем бы вы занялись?
Она задумалась над ответом, и ее губы приоткрылись. Саймон наклонился ближе. О, как же ему хотелось соблазнить эту невинную крошку!
- Танцевали бы на лондонских подмостках в фиолетовых туфельках? Отплыли бы в далекую Аравию на корабле под шелковыми парусами? Или стали светской львицей, знаменитой своей красотой и умом?
- Я стала бы сама собой.
Саймон моргнул.
- Но вы уже такая: красивая и решительная.
- Неужели? Никто, кроме вас, этого не замечает.
Саймон посмотрел в ее серьезные глаза цвета топазов, и ему очень захотелось что-то сказать. Слова так и вертелись у него на языке, но, как ни странно, виконт потерял дар речи.
Люси отвернулась.
- Мы почти приехали в Мейден-Хилл. Видите вон там церковную башню? - показала она.