Читаем Золото наших предков полностью

– Да чёрт с ними. Не о том сейчас думать надо. Институт этот прямо с ножом к горлу. Не знаю, что и делать. Пока рубль не восстановится, пока банк выплаты не возобновит, никакой зарплаты, – отрезал директор.

– Владимир Викторович, не надейтесь, прежнего курса уже не будет. Сейчас самый удобный момент, надо всё сразу, и аренду, и зарплату заплатить, пока институт не очухался и не про-индексировал арендную плату с учётом инфляции, и пока рабочие не требуют того же. Если тя-нуть не будем, в выигрыше останемся! – заметно горячился Калина.

– Да как же я заплачу, деньги то банк не даёт, денег то нет!

– Как же нет, я же вам больше семи тысяч долларов неделю назад принёс! – воскликнул Калина. – Их надо срочно обменять на рубли и завтра же погасить всю задолженность. Сейчас каждый день многое решает.

Шебаршин сумрачно посмотрел на свой сейф, где лежали те самые доллары. Он даже думать не хотел, что эти деньги надо кому-то отдать… эти деньги были его, личные. Он с трудом улавливал, то что объяснял ему Калина. Где-то в глубине сознания он понимал, что начальник производства предлагает выгодные финансовые операции. Но так просто расстаться с тем, что он уже считал своим… Это оказалось выше его сил, сильнее его разума.

– То НЗ Пётр Иванович… на чёрный день, мало ли что, – с невесёлой улыбкой ответил Шебаршин.

Калина, наконец, осознал, что принесённые им деньги, можно считать канувшими без следа, как в пропасть. Но он продолжал попытки «достучаться» до директора:

– Тогда… тогда позвольте мне ещё раз провернуть такую же операцию, как с этими шариками, продать часть лигатуры которую мы получили за последние три дня. Я её специально не проводил по накладным. Благодаря этому у нас появятся живые наличные деньги, продержимся и без банка, пока всё не наладится.

Шебаршин тупо упёр взгляд в пол, думал. Он не сомневался, что и в этом случае к рукам Калины что-то прилипнет. Но в то же время он вспомнил то чувство, которое испытал в тот момент, когда Калина принёс ему больше семи с половиной тысяч долларов, за которые ни перед кем не надо было отчитываться, которые можно было просто положить фактически себе в карман… что он и сделал. Шебаршин так хотел вновь испытать это сладостное чувство, особенно сейчас, когда кругом все несут страшные убытки, разоряются. Он созванивался со знакомыми, с друзьями – все были в панике. А он в это время положит в сейф ещё некоторую сумму, которая согреет его душу.

– А сколько у вас… сколько вы хотите продать?

– Килограммов десять лигатуры от разъёмов СНП 34х135. За килограмм они дают триста пятьдесят долларов, то есть на три с половиной тысячи. И платиновых конденсаторов килограммов пять – это ещё больше тысячи. Обменяю на рубли, выплачу зарплату, остальные вам принесу.

– Обменяете только то, что на зарплату… а мне, мне доллары принесёте, – тихо уточнил Шебаршин, сверля Калину подозрительным взглядом.

Калина смотрел в сторону, стараясь не подавать виду, что догадывается о мыслях директора. А ему так хотелось, чтобы тот наконец, поверил, что он желает блага фирме, оценил…

До конца августа рубль «упал» более чем в полтора раза. Благодаря этому четырёх с поло-виной тысяч долларов хватило на «чёрную» зарплату не только рабочим, но и всем служащим и ещё тысяча семьсот долларов осталась Шебаршину. Беря деньги, директор промолчал, но вновь его взгляд был по обыкновению «красноречив», он не сомневался, что Калина отдал не всё. Калина же искренне страдал, у него ныло сердце от осознания очевидного: шеф просто генетически не в состоянии поверить, что сын простых колхозников, сумевший где-то в Казахстане хапнуть кучу баксов, купить в Москве квартиру… и почти ничего не берёт.

Пашков воспринял дефолт спокойно. Когда Настя вышедшая на работу сообщила о всеобщей панике, он успокоил её:

– У нас почти все деньги в долларах и нам никакая рублёвая инфляция не страшна.

Жена и сама это понимала, а беспокоилась скорее по привычке, ведь один раз, когда обрушился Союз, их по тем временам не маленькие сбережения, всё что они накопили за время своей службы в армии, обесценились, сгорели. Сейчас они на эти же грабли уже не наступили, в то время когда многие вокруг, застыв от оцепенения, вновь получали «по лбу».

Придя в очередной раз к Матвееву, Пашков оторвал профессора от чтения какой-то газеты.

– Объясните Сергей мне, человеку хоть и разбирающемуся в общих принципах экономики, но от всех этих конкретных финансово-валютных хитросплетений далёкому, от всей этой коммерции… Вот в толк не возьму, почему вдруг такой моментальный обвал, что это, чьи-то козни, просчёт правительства?

– Всё вместе Виктор Михайлович. Этот коридор черномырдинский, в котором доллар удерживали, в нём всё дело. Рубль уже давно терял в реальной стоимости, а его искусственно держали, пока валютные резервы у Центробанка не кончились. А как кончились, всё и рухнуло.

– Вы хотите сказать, если бы не держали, а постепенно понижали курс рубля?…

Перейти на страницу:

Похожие книги