Читаем Золотой ключ, или Похождения Буратины. Несколько историй, имеющих касательство до похождений Буратины и других героев полностью

Следом за Директорией своей системой отличий обзавелись окрестные домены, а также и отдельные сообщества. Иногда они имели биологическую природу. Например, педобиры одно время практиковали систему почётного заражения церемониальными глистами – в основном генномодифицированными цепнями и солитёрами разных степеней. Награждения Большим Киркоровским Солитёром изредка производятся и сейчас и считаются огромной честью. Однако в подавляющем большинстве случаев эволюция шла в сторону классических наградных знаков.

Что касается организационной стороны дела, то здесь также наблюдалось несколько большее разнообразие. В целом была возрождена идея орденского сообщества как элитарной общности избранных, обладающих особыми правами существ, получающих эти права из рук сюзерена. Однако конкретное наполнение этого общего принципа различается от домена к домену. Например, орденские гарантийно-поручительские общества Хемуля по своим функциям мало напоминают орденоносные бандформирования нахнахов.

В связи с этим особенного внимания заслуживает орденская система Эквестрии. Она является одной из самых простых, но в то же время разработанных и продуманных орденских систем и весьма близка к древним дохомокостным образцам. При этом своеобразие поняшьей цивилизации накладывает на эту систему своеобразный, но узнаваемый отпечаток.


Историческая справка

Строго говоря, древнейшим орденом Эквестрии – в собственном смысле слова «орден» – можно считать ранний Пуси-Раут, созванный Уси Пуси Единственной-и-Неповторимой. Собственно, он и был задуман Единственной именно как сообщество приближённых. Как известно, само слово «пуся», ныне играющее роль титула, восходит к имени древней Верховной. Будучи раритетом и не имея потомства, она даровала своё личное имя ближайшим соратницам – тем самым символически удочерив их. Возможно, подобная система имела бы шансы установиться в Эквестрии надолго. Однако последовавшие за этим трагические события – то есть правление Ночной Кобылы, Негражданские войны и переосмысление роли Раута – привели к иному развитию этого института, который приобрёл черты постоянно действующего консультативно-экспертного совета при Верховной с довольно значительными правами и полномочиями. Политологи обычно определяют Пуси-Раут как «стабильный протопарламент». Это определение, при всей его парадоксальности, я нахожу достаточно точным.

Если принимать всерьёз миф о Нэйтмур Даркмун, то можно сказать, что некими чертами ордена обладали её так называемые «ближницы». Согласно легендам, они носили на теле знаки отличия в виде выжженных клейм («кьютимарки»), и эти клейма надо было заслужить, попытки же подделки таковых жестоко карались. Вполне возможно, что – вне зависимости от количества исторической правды, содержащейся в преданиях о Ночной Кобыле – нечто подобное имело место во время Негражданских войн. Об этом свидетельствует один из ранних декретов Уруру Левинской Первой, приравнивающей клеймение высокопородных к увечью и категорически запрещающей нанесение так называемых «марок».

Стоит отметить, что именно Уруру Левинская Первая созвала первый орден, сохранивший свою природу по сей день – орден Узды. В дальнейшем вся система награждений и почётных отличий Эквестрии строилась по образу и подобию этого первого ордена.


Наградная система Эквестрии в целом

Система построена по пирамидальному принципу. Её вершину составляют ордена – которые определяются прежде всего как сообщества награждённых. Их пять, причём четыре из них предназначены только для пони. Это ордена Узды, Стремени, Дышла и Шлеи, а также орден Боярышника.

Первый и древнейший орден – Узда – существует ныне в четырёх видах, три из которых (Стальная, Медная и Серебряная Узда) именуются ординарными и равны по достоинству, а последний – Золотая Узда – считается экстраординарным и стоит выше. Ордена Стремени и Дышла имели по четыре восходящие степени со дня созыва. Четвёртый орден – Шлея – различается по так называемым каденциям, каковых три: Атласная, Бархатная и Парчовая. Кроме того, первые две каденции имеют так называемые расположения – Высокое (Подхвостное) и Низкое.

Существует также Орден охотниц Вондерленда. Мне не известно об этой организации ничего достоверного, поэтому я не буду ее рассматривать.

Честь, воздаваемая Орденам и их кавалеркам, определяется древностью орденов. Первое место по праву занимает Узда. Дышло и Стремя были созваны одновременно. Указ о созыве ордена Стремени предшествовал указу о созыве ордена Дышла, однако первое награждение Дышлом состоялось на полгода раньше первого награждения Стременем. Это – а также сам смысл данных наград – служит источником непринципиальных, но постоянных трений между кавалерками. Что касается Шлеи, то этот орден самый молодой. Он замыкает систему высших наград, предназначенных для поняш.

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотой Ключ, или Похождения Буратины

Похожие книги

Maxximum Exxtremum
Maxximum Exxtremum

Второй роман Алексея А. Шепелёва, лидера РіСЂСѓРїРїС‹ «Общество Зрелища», исповедующей искусство «дебилизма» и «радикального радикализма», автора нашумевшего в молодёжной неформальской среде трэш-романа В«EchoВ» (шорт-лист премии «Дебют»-2002).В«Maxximum ExxtremumВ» — «масимальный экстрим», совпадение противоположностей: любви и ненависти, высшего и низшего пилотажа экзистенциального бытия героев. Книга А. Шепелёва выделяется на фоне продукции издательства «Кислород», здесь нет привычного РїРѕРїСЃРѕРІРѕ-молодёжного понимания слова «экстрим». Если использовать метематические термины, две точки крайних значений — экстремума — точка минимума и точка максимума — должны совпасть.«Почему никто из молодых не напишет сейчас новую версию самого трагического романа о любви — «Это я, Эдичка?В» — вопрошал Р

Алексей Александрович Шепелёв , Алексей А Шепелев

Проза / Контркультура / Романы / Эро литература
Культура заговора : От убийства Кеннеди до «секретных материалов»
Культура заговора : От убийства Кеннеди до «секретных материалов»

Конспирология пронизывают всю послевоенную американскую культуру. Что ни возьми — постмодернистские романы или «Секретные материалы», гангстерский рэп или споры о феминизме — везде сквозит подозрение, что какие-то злые силы плетут заговор, чтобы начать распоряжаться судьбой страны, нашим разумом и даже нашими телами. От конспирологических объяснений больше нельзя отмахиваться, считая их всего-навсего паранойей ультраправых. Они стали неизбежным ответом опасному и охваченному усиливающейся глобализацией миру, где все между собой связано, но ничего не понятно. В «Культуре заговора» представлен анализ текстов на хорошо знакомые темы: убийство Кеннеди, похищение людей пришельцами, паника вокруг тела, СПИД, крэк, Новый Мировой Порядок, — а также текстов более экзотических; о заговоре в поддержку патриархата или господства белой расы. Культуролог Питер Найт прослеживает развитие культуры заговора начиная с подозрений по поводу власти, которые питала контркультура в 1960-е годы, и заканчивая 1990-ми, когда паранойя стала привычной и приобрела ироническое звучание. Не доверяй никому, ибо мы уже повстречали врага, и этот враг — мы сами!

Питер Найт , Татьяна Давыдова

Культурология / Проза / Контркультура / Образование и наука