- Судьбиня, помилуй...
- Перестань... ну же... Аркат...
Плывет, дрожит, слоится в комнате алое марево. Не хватает... воздуха...
- С ума сошел! - послышался сердитый вскрик. Мелькнула перед глазами серая юбка, змеей метнулась между худых лопаток толстая темно-русая коса. Латка! Латка, неизвестно как двигаясь в этом янтаре, в который превратился воздух, как-то очень быстро оказалась рядом с застывшими мужчинами. Клод видел лиддийку будто в тумане - перед глазами дрожала темная сетка, размывая очертания предметов, а зрение к тому же снова двоилось - иначе почему темный силуэт Латки виделся сквозь мерцающее цветными нитями облако? Нитями? Пушинку... погодите... Узор... что с их Узорами?
Клод забыл о камне на груди. Забыл о боли в измученный легких. Об Ордене... Он смотрел.
Так вот как это бывает!
Эти нити, нежно колышущиеся вокруг девушки - как ветви ивы, как стебли морской травы под водой - они не напрасно проступали над кожей, вне тела. Одна пушинка - из самые светлые из нитей, самые легкие, снежно-белые, плавно удлинились. Еще пушинка - и они окружили Арката. Облекли. Мягко скользнули, вбирая в себя колкое серебро активированного Дара. И бережно "обняли", сплетаясь, оттягивая боль на себя...
Так вот как это бывает...
А сама девчонка уже встала перед Аркатом. Мягко, но решительно убрала руку Стимия с плеча мага и присела рядом.
- Ну что ты, а? - быстро зазвучал напевный сельчанский говорок. - Чего ты развоевался? Никто тут больше драться не будет, выдумали тоже... успокойся, сам же говорил - Орден засечет. А я вон медовицу завариваю на завтрак... хочешь, чтоб Орден нам завтрак испортил? Заявится еще...
- Нет.
Камень исчез. Клод с хрипом вобрал в себя воздух, чувствуя, как расправляются измученные легкие. Ни на что больше, даже на то, чтобы сесть, сил не хватало. Отпустило и остальных - тяжело упал на колено Стимий, вжался в стену Данов "кустик". Ошалевший Дымок с мявом рванул под диван. Рядом надрывно кашляли - Дан слишком глубоко вдохнул или... Но мучил его кашель или нет, а соображал златоградец быстро - и крепкая ладонь в момент перехватила дернувшуюся было руку Тира.
- Тихо... ох, Злишево копыто... кха... тихо, разберемся. Все целы? Аркат, очнись! Что это было такое?
Бывший безымянный наконец поднял глаза:
- Простите...
- Я не хотел. Я просто... простите.
- Напомнишь мне потом никогда не спрашивать, как тебе спалось, ага? - усмехнулся одними губами Дан. Зеленые глаза смотрели жестко. - Если у тебя от этого моментально крышу сносит.
- Не уверен, что это поможет, - хмуро высказался Тир. - Кто даст гарантию, что его, как ты выражаешься, крыша, "сносится" только от поминания снов? В прошлый раз он кинулся на Лату при виде некой травки, в следующий раз озвереет от Маритиных шпилек или от зрелища кошачьего хвоста. И кто знает, опомнится ли он или мы все же встретимся с божьей парой раньше времени?
Аркат не ответил. С момента его вспышки он вообще сказал от силы три фразы. Его все еще била дрожь, и на взгляд Клода, бывшему безымянному стоило бы выпить горячего питья с десятью каплями жгучегриба и прилечь. Но с лечением, увы, придется пока повременить. Тир и Дан целеустремленно загоняли Арката в угол, и мешать им Клод не собирался. Прости, безымянный, но мы должны знать, кто среди нас.
Впрочем, у безымянного нашлись защитники и без лекаря.
- Он на меня не кидался, - да, Латка без защиты справедливости не Латка.
- Лата.
- Я не хотел на нее нападать. Я только проявлении магии погасил, чтобы не нас не учуяли. Орден постоянно отслеживал магию, я ведь говорил.
- А сейчас что гасить собрался?
- Или кого? С чего ты сорвался?
Аркат потер виски. Так, словно голова раскалывалась от боли (может, все-таки заварить ему травок?). Посмотрел на Стимия:
- Он сказал "не дури".
- И все?
- Дан, ну чего ты? - тихо спросила Латка. - Каждый ведь испугаться может.
Дереш отчего-то косится на куст и новенького, Марита - на Сина. Тир отводит глаза. Даже Стимий. А что... и правда ведь... каждый может испугаться. И неизвестно, во что выльется их вспышка страха. Что, всех Латке успокаивать? Так еще неизвестно, на всех ли ее необычного Узора хватит. Клод тихо потянул к себе мешок с травами и встал. Лекарь он или нет, в конце концов? Здоровье Звезды его забота.
- Не все, - наконец ответил Аркат. - Я... хорошо, я расскажу. Все, что... все. Вы должны знать. Наверное...
Их жизнь нельзя было назвать легкой. С тех пор, как удалось собрать Звезду, они все время спешили, спешили, спешили... На созревание Звезды требовалось не меньше трех лет... а у них не было и двух. Редкий случай, уникальный - из Небесной Дали к ним двигался фливенстерн, летучая звезда, и если ее не успеют остановить, разрушения будут катастрофические.