Читаем полностью

Жаль, что зачастую в наших кругах искусству отводится лишь низменная пропагандистская роль! В этом, к сожалению, некоторые христиане ушли недалеко от вождя — убийцы В. И. Ленина. Ведь именно ему принадлежат знаменитые слова: «Я в искусстве не силен. Искусство для меня, это… что-то вроде интеллектуальной слепой кишки, и когда его пропагандная роль, необходимая нам, будет сыграна, мы его — дзык! дзык! вырежем. За ненужностью».

В этой статье мне хотелось бы, прежде всего, заступиться за отверженную Терпсихору и показать, что ее искусство может и прославлять Бога и приносить радость рожденным свыше христианам. А так же мне хотелось бы удержать нас от греховных крайностей, которых, увы, предостаточно не только в хореографии, но и в других видах искусства. Я надеюсь также, что несогласный со мной читатель помолится обо мне Господу, чтобы Он простил меня, если я соблазнил кого-нибудь этой статьей. Да удержит нас Господь от всякой крайности. (Разумеется, кроме крайней преданности Ему.)

* * *

Итак, поговорим о танцах!

К сожалению, когда мы начинаем о них говорить, многие из нас подчас имеют ввиду совершенно противоположные понятия. Ведь словом «танцы» у нас принято обозначать любое движение под музыку. Этим словом обозначают и партию Жизели в одноименном балете, и извивы вокруг блестящего шеста девиц не самого тяжелого поведения, и выкрутасы пьяного тракториста в сельском клубе. Поэтому давайте четко разграничим понятия.

Грубо говоря, все танцы мы можем разделить на три большие группы:

1. Танец, как вид профессионального искусства. (Сюда попадет балет, спортивный и бальный танец)

2. Танец, как экстатический способ выражения эмоций. (Сюда отнесем подскоки Давида, сопровождающего ковчег; радостные прыжки детей под веселую музыку и т. д.)

3. Танец, как выражение сексуального влечения.

И в каждом виде танца мы сможем найти и хорошие и плохие проявления и тенденции. Нам останется только держаться хорошего и отвергнуть плохое!

Итак, начнем!

Начнем с последнего вида танца, так как о нем и сказать почти нечего. Слишком все очевидно.

Танец, как выражение сексуального влечения

Ни для кого не секрет, что Бог Библии благословляет интимные отношения супругов. Во все века и времена танец использовался в качестве прелюдии для таких отношений. Поэтому запрещать супругам наслаждаться парными танцами, по меньшей мере, неразумно. Подглядывать в супружескую спальню — занятие недостойное христианина.

Однако возникает законный вопрос: Надо ли отнести к этой группе парные танцы, в которых участвуют мужчина и женщина не состоящие в браке? Могу ли я пригласить, скажем, на вальс христианку, которая мне не жена?

Ответ, по моему скромному мнению, должен быть таким:

Все зависит от духовного уровня, культуры и воспитания обоих партнеров. Они должны честно ответить для себя на следующий вопрос:

- Если я танцую вальс или танго с женщиной, то не испытываю ли я к ней сексуального влечения?

Дело в том, что танцы, которые исполняются в паре не всегда имеют эротический подтекст. Лично для меня такие танцы никак с эротикой не ассоциируются. Я воспитывался в другой среде. Поэтому важно, чтобы оба партнера не испытывали в этот момент сексуального возбуждения, и не подавали соблазна другим христианам. Поэтому я не вижу никакого греха в таких танцах, если

- Супруги обоих партнеров (если таковые имеются) не против таких танцев.

- Это не вводит в грех других людей.

- Это не пробуждает греховных эротических мыслей в партнерах.

Знаю брата, который однажды от избытка чувств закружился в вальсе с сестрой во Христе. Оба при этом счастливо смеялись. Вокруг не было христиан с «тяжким баптистским» воспитанием, поэтому соблазна не было, не было эротического подтекста, а было нормальное выражение счастья. Но впрочем, об этом поговорим во втором разделе.

Где же в современной российской протестантской культуре есть место подобным танцам? Ответ простой: нигде. Кроме каких-то единичных случаев вроде вышеописанного. Ну еще может быть на вечеринках, где присутствуют христиане, с соответствующим духовным уровнем и воспитанием.

Однако, я должен предупредить и об опасностях, которые могут возникнуть в таких случаях.

Разумеется, мы даже не будем говорить о стриптизе, так как это однозначный грех и нарушение всех библейских заповедей запрещающих соблазн, блуд и нечистые мысли.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)

В сборник избранных работ известного французского литературоведа и семиолога Р.Барта вошли статьи и эссе, отражающие разные периоды его научной деятельности. Исследования Р.Барта - главы французской "новой критики", разрабатывавшего наряду с Кл.Леви-Строссом, Ж.Лаканом, М.Фуко и др. структуралистскую методологию в гуманитарных науках, посвящены проблемам семиотики культуры и литературы. Среди культурологических работ Р.Барта читатель найдет впервые публикуемые в русском переводе "Мифологии", "Смерть автора", "Удовольствие от текста", "Война языков", "О Расине" и др.  Книга предназначена для семиологов, литературоведов, лингвистов, философов, историков, искусствоведов, а также всех интересующихся проблемами теории культуры.

Ролан Барт

Культурология / Литературоведение / Философия / Образование и наука
И время и место: Историко-филологический сборник к шестидесятилетию Александра Львовича Осповата
И время и место: Историко-филологический сборник к шестидесятилетию Александра Львовича Осповата

Историко-филологический сборник «И время и место» выходит в свет к шестидесятилетию профессора Калифорнийского университета (Лос-Анджелес) Александра Львовича Осповата. Статьи друзей, коллег и учеников юбиляра посвящены научным сюжетам, вдохновенно и конструктивно разрабатываемым А.Л. Осповатом, – взаимодействию и взаимовлиянию литературы и различных «ближайших рядов» (идеология, политика, бытовое поведение, визуальные искусства, музыка и др.), диалогу национальных культур, творческой истории литературных памятников, интертекстуальным связям. В аналитических и комментаторских работах исследуются прежде ускользавшие от внимания либо вызывающие споры эпизоды истории русской культуры трех столетий. Наряду с сочинениями классиков (от Феофана Прокоповича и Сумарокова до Булгакова и Пастернака) рассматриваются тексты заведомо безвестных «авторов» (письма к монарху, городской песенный фольклор). В ряде работ речь идет о неизменных героях-спутниках юбиляра – Пушкине, Бестужеве (Марлинском), Чаадаеве, Тютчеве, Аполлоне Григорьеве. Книгу завершают материалы к библиографии А.Л. Осповата, позволяющие оценить масштаб его научной работы.

Сборник статей

Культурология / История / Языкознание / Образование и наука